Внутри дом казался больше. Больше, светлее и уютнее.
– Разуйся, – велела Дора и, сбросив у порога свои туфли, прошлепала вглубь дома босиком.
Ю сняла кроссовки, двинула следом.
– Санузел слева, – услышала она голос Доры, а потом почти сразу же загремела какая-то посуда. – Руки помой!
Первое, чему их учили, это гигиене. Мыть руки перед едой. Мыть руки после уборной. Чистить зубы два раза в день. Мыть волосы каждую неделю, а не раз в месяц. Регулярно менять белье и следить за чистотой одежды. Эта наука казалась маленькой Ю бесполезной.
Она упрямилась, огрызалась, отказывалась заходить в душ, теряла зубные щетки, выбрасывала носки. Да много чего она делала по молодости и глупости…
Дору она нашла на кухне. Просторной и светлой, с выходом на такую же просторную и светлую террасу, которую не было видно от ворот.
– Помыла? – спросила Дора, с сосредоточенным видом изучая содержимое холодильника.
– А куда ж я денусь? – Ю аккуратно присела к столу. В присутствии Доры она до сих пор робела.
Сила привычки, не иначе.
– Есть котлеты и тушёная картошка, – сказала Дора, вытаскивая из холодильника два пластиковых контейнера. – Все вчерашнее. Надеюсь, с твоим аппетитом ничего не случилось?
С аппетитом у Ю всегда был полный порядок! Вот уж чего у неё не отнять! И сейчас от вида контейнеров в животе заурчало. Дора удовлетворенно хмыкнула, сказала:
– Поедим на террасе. В доме я не курю.
Через пару минут они уже сидели за массивным, сделанным из лиственницы столом.
Ю ела, Дора курила и молчала.
Когда я ем, я глух и нем. Это тоже из детства, выползло из закоулков памяти, загорелось с яркостью транспаранта. Ну и хорошо! Ей не очень-то и хотелось разговаривать. Не сейчас. Пусть будет передышка.
Дора заговорила, когда поставила на стол две чашки крепчайшего кофе и коробку шоколадных конфет.
– Ты попрощаться? – спросила она, делая маленький, деликатный глоток.
Наверное… Тогда вот не попрощалась, может, сейчас получится.
– Ты в беде? – Дора всегда умела задавать неудобные вопросы. Неудобные и поразительно точные.
– Не знаю. – Ю пожала плечами. – Наверное. А вы как?
– А я в хлопотах. – Дора едва заметно усмехнулась, но взгляд её остался настороженно-внимательным. – Попробую восстановить.
– Дом?
Их с раннего детства приучали называть приют домом, как будто это меняло суть. Или меняло?
– Дом. Негосударственная программа. Частные пожертвования. Если получится.
