– Почему ты до сих пор здесь?! Это семейный совет! Только для членов семьи!
Алекс уже сделал шаг, чтобы каким-нибудь особо радикальным способом заставить Тихона заткнуться, но не успел: снова заговорила Элена. В голосе её слышались одновременно капризные, нетерпеливые и победные нотки.
– Я знаю, где хранится эта штука!
– Какая штука? – Демьян отреагировал первым.
– Где хранится? – Тихон переключил своё внимание с невозмутимой, как сфинкс, Клавдии, на Элену.
– Я знаю, где Лука спрятал лисий череп! – Элена улыбнулась.
– Кстати, он в самом деле очень похож на настоящий! Очень тонкая работа. Невероятно тонкая. И я думаю, древняя.
– И что ты хочешь за свои знания? – озвучила Акулина волнующий всех вопрос.
– Очень полезно казаться глупышкой, – сказала Элена и жеманно надула губы. – На тебя почти не обращают внимания, смотрят, как на красивое украшение.
– Красивое украшение… – простонала Мириам и сделала большой глоток виски.
– При тебе о многом говорят. – Возможно впервые, Элена оставила её реплику без внимания.
– Например, о том, что за всё золото мира он не расстанется с этой черепушкой.
– Кому он это говорил? – спросила Акулина.
– Его деду! – Элена нацелила указательный палец на Алекса. – Кстати, они тогда не просто разговаривали. Они орали друг на друга. Твой дед, сладенький, требовал, чтобы Лука положил этому конец!
– Чему конец? – снова спросила Акулина.
– Я не знаю. – Элена дернула плечом. – Но Андрей Сергеевич был в бешенстве. Кто-нибудь из вас видел этого человека в бешенстве?
Ответом ей стало молчание.
Дед всегда был образцом спокойствия и сдержанности. Он дрогнул лишь однажды, когда спасательная экспедиция в Таджикистан не увенчалась успехом. Тогда в первый и единственный раз Алекс увидел деда не просто смертельно уставшим, но и смертельно пьяным. С тех пор прошло уже много лет, и ничего подобного больше не случалось. А теперь, если верить Элене, дед не просто кричал на Луку Славинского – он был в бешенстве!
– Вот это интересный поворот, – пробормотал Тихон и вперил в Алекса осуждающий взгляд.
– Что, скажешь, Уваров?
Разумеется, Алекс ничего не сказал, проигнорировал и взгляд, и вопрос. С дедом он обязательно поговорит, но этой своре незачем знать результат их беседы.
– Ещё одна паршивая овца, – с мрачным удовлетворением заключил Тихон.
– Я ему передам, – сказала Мириам, прикусывая мундштук своей сигареты. – Андрею Сергеевичу будет весьма интересна твоя оценка.
– Да, братишка, тут ты погорячился.
