Лишнее золото. За гранью джихада

– А еще говорят, что мусульмане свинину не едят. Мол, «харам» и все такое.

– Вот! – Я ткнул пальцем в небо. – Считай, что без пяти минут на войне. А на войне правоверному мусульманину можно есть все, что ему заблагорассудится.

– Да ну, заливаешь! – не поверил Верещагин и посмотрел на Поля. Тот молча кивнул.

– Век живи, век учись… – покачал головой капитан. Вдруг он прищурился и посмотрел на одного на бойцов. Видимо, тот ему подал какой-то знак.

Да, картина была интересная. В заброшенный аул входил отряд. Человек тридцать, не больше.

Шли осторожно, двумя рядами, ощетинившись стволами во все стороны. Впереди них, метрах в пятидесяти, шел передовой дозор из трех человек. Когда основная группа подошла к границе домов, в стороны скользнули еще четыре человека, которые осматривали брошенные дома.

– Твою мать… – прошипел Верещагин. – Граница под боком, а они разгуливают, как у себя дома. Бараны…

– Да, интересно, за каким дьяволом они сюда приперлись?

– А я знаю?! – дернул щекой капитан. – Думаю, что не культурные связи налаживать.

Мне говорили, что человек пять пойдут в нашу сторону, но никак не больше.

– Хреновые у тебя друзья на той стороне, капитан, – тихо сказал Поль и убрался за камни.

Это правильно. Нечего тут отсвечивать. Не у себя дома. Тридцать человек – это, конечно, хуже, чем пять, но согласитесь – лучше, чем двести. Нет, мы могли бы с ними разделаться. Тридцать человек против двенадцати – это, ребята, несерьезно… Тем более что у нас позиция хорошая. Но мы сюда не за этим пришли.

Будет обидно, если начнем шуметь заранее. В конце концов, мы в разведке, а не в патруле.

Банда прошла метрах в ста пятидесяти от нас и разместилась чуть дальше – в развалинах, стоящих на севере аула. Уцелевших домов здесь почти не было. Дома, находившиеся в этой части поселка, были разрушены почти до основания. Лишь у нескольких сохранились стены с зияющими провалами окон, а выщербленные пулями кирпичи хранили черные метки пожаров. Кстати, кирпичных домов было мало. Три или четыре штуки.

Остальные – глинобитные мазанки. Стены были голубоватого цвета. Глина в этих местах – с какими-то примесями, которые и придавали ей такой оттенок.

Расположившаяся банда нам не мешала. В смысле – мы могли уйти в любой момент. Для этого достаточно обогнуть аул по часовой стрелке и выйти к водопаду. Там широкий распадок, есть где и спрятаться и разминуться со встречными. Если первым заметишь гостей, конечно.

– Не вовремя они здесь объявились… – зашипел Верещагин.