Лишнее золото. За гранью джихада

– Валите на хрен! Уходи, Нардин! Прикрою! – хрипло выкрикиваю я и пытаюсь отмахнуться.

Поль не слышит. Он рычит что-то жутко матерное, хватает меня за жилет и тащит за камни. Дальше парни меня практически несли. Я пытался ковылять сам, но больше мешал, чем помогал. Позади нас матерился Лившиц, и в облаках мельчайших брызг ревел водопад.

Мы как-то умудрились оторваться от этих парней. Не знаю, за кого они нас приняли, но сцепиться с ними еще раз мне не хотелось. И так еле вырвались.

В сторону русской территории мы выходили неделю.

Даже вспоминать неохота. Отлеживались в звериных углах, гротах и пещерах. Патронов практически не было. У меня полмагазина и у Поля десяток. Запасливый Джебраил вытащил из кармана жилета две бумажные пачки. Еще сорок. Разделили на всех. Даже для самообороны не хватит. Пистолеты можно не считать – это так, для стрельбы по банкам или в городе от хулиганов отбиться. В этих местах короткоствол не пляшет. У Поля есть граната, но ее он бережет. Не знаю, может быть – для нас всех? Как бы там ни было, но эта граната, с изящным ребристым телом, нас не спасет. Разве что от плена, в который лучше не попадать.

Таких, как мы, – не обменяют. Ни на деньги, ни на других пленников. И ждет нас в этом случае смерть, долгая и лютая. Многие из местных заплатят, чтобы увидеть Карима Шайя и Поля Нардина с содранной заживо кожей. Думать про эту старуху с косой не хочется, но и забывать не стоит. Мы знали, на что шли, так что обойдемся без соплей и стенаний.

Но жить, как ни крути, все-таки хочется. Поэтому лучше идти медленно и осторожно. Что мы и делали. Пока не оказались в каком-то гроте, наполовину залитом водой. Здесь и просидели еще двое суток, дожидаясь эксфильтрации. Мы знали, кто нас встретит. Поэтому спокойно жевали опостылевший пеммикан, запивая горячим чаем.

И не было ничего приятнее, чем в тишине серых вечерних сумерек услышать хорошо знакомый голос:

– Вы только в меня, парни, не пальните с перепугу…

Стрелять мы, конечно, не стали.

И только Джебраил, с какой-то кривой усмешкой, устало прохрипел:

Проходит несколько секунд, со склона осыпаются мелкие камешки – и у входа в грот появляются несколько настороженных фигур. Мы видим Верещагина, сержанта Филина и еще несколько незнакомых нам лиц. Капитан обводит нашу компанию взглядом и качает головой:

Как выяснилось, пока мы с Полем занимались разными непотребствами, Русская армия взяла под свой контроль оба берега Амазонки.