– Я понимаю, тебе было очень больно в первый раз, но сейчас будет все по-другому! Здесь нет никого, кроме нас, я никуда не спешу, расслабься и позволь мне показать, как ты мне нравишься!
Рука мужчины прошлась по границе между воротом и кожей и скользнула внутрь выреза. Осторожно, почти нежно, но от этого не менее страшно.
Светлана сама на себя мысленно выругалась – что она вытворяет, мужу скоро надоест неуступчивость и тогда кто знает, как он поступит? Но, видимо, это была реакция не души, а тела. Оно никак не могло забыть чертов обряд и каждый раз, когда супруг прикасался, сжималось в ожидании боли.
Тем временем, князь приспустил платье с одного плеча и прижался к нему губами, в одно время с этим поглаживая и сминая второй рукой грудь. Перешел с плеча на ключицу, проложил дорожку поцелуев вниз и накрыл губами сквозь ткань платья сосок."
"Светлана сидела, еле сдерживая сумасшедшее скачущее сердце и порыв вскочить и убежать подальше.
Муж развязал завязки лифа и стянул платье со второго плеча, полностью оголив обе груди.
Чуть отстранился, полюбовавшись на открывшуюся картину, и снова принялся целовать и мять.
Ни жива, ни мертва, девушка животом почувствовала, что мужу все более чем нравится и он, собственно, уже достаточно «заряжен».
Как там, в книгах советуют – расслабься и получи удовольствие? Расслабиться не получалось, видимо, поэтому старания мужчины плодов не давали. Нет, больно не было, да и стыдно тоже, но вместо описываемых в любовных романах табунов мурашек, простреливающих удовольствием, Светлана ощущала мокрые прикосновения губ и языка, немного шершавые ладони мужа и его сбивающееся дыхание.
Черт возьми, она на самом деле фригидная, прав был Виктор! Никакого томления, никаких бабочек, промокших трусиков… Хотя, она же без белья, нечему промокать.
Между тем князь решил, что достаточно насладился грудью жены или просто ему стало неудобно, поэтому он встал и перенес Свету на ложе из одеял. Опустил и навис, жадно рассматривая лицо девушки.
- У тебя так глаза блестят! Ты все еще боишься?
Света кивнула.
- Да, целитель предупреждал, что ты не скоро забудешь, но я постараюсь вытеснить прежние воспоминания новыми, приятными.
Рука мужа прошлась от щиколоток до талии, задирая юбку, оголяя и чуть царапая нежную кожу мозолями.
«Интересно, почему у него руки такие мозолистые? От поводьев или оружия? Ведь он не только князь, но и магией владеет, к чему ему физические упражнения»? - пришла в голову неожиданная мысль.
