— Леди Лерр. Здесь ваши матушка и дядя, ждут внизу! — сообщает он. — И ещё приехал уполномоченный от Совета. И лорд Зариан сказал, что будет ждать вас всех.
Полный фарш. Все уже здесь, все по мою душу!
Вниз я спускаюсь с холодом в сердце и зудом магии в животе.
Семейка Ивы и правда ждёт в холле. Первая, кто бросается в глаза — полная женщина в огромном зефирном платье. Особенно большое оно сзади! Юбка с бантом и подкладкой на попе — какую носила я в первый день. Дорогие, на мой взгляд, украшения (хотя я не специалист).
Румяна и белила.
В холле академии она выглядит… так, будто её закинуло во времени на сто лет вперёд.
— Ивайя! — восклицает, завидев меня. Прикладывает руки к груди и тут же бежит обнять. — Вот же ты где! Почему так долго? Какая ты… и что это на тебе? А где Агата?
Поток вопросов грозит снести с места. Объятия выходят удушающими. Женщина хватает моё лицо, целует в щёку — но тут же отстраняется. Не выпуская мои щёки из рук, начинает придирчиво разглядывать.
— Ты что, ещё похудела? Ешь хоть? Ивайя, мы же договаривались, ты обещала!
— Конечно, ем.
Всё в порядке, — отвечаю, чувствуя себя крайне неуютно.
Как ни странно, первая мысль, которая стучится в голову: эта женщина не знает, что её дочь умерла. А дочь ей… по крайней мере небезразлична.
Но вторая мысль — дама просто невыносима!
— Что в порядке? Где твоя няня, я спрашиваю? Какой был уговор, Ива? Ты ходишь с ней, ты ведёшь себя скромно и аккуратно! А ты… тебе совсем плевать на приличия, на договоры, на мать?
Уф.
— Меня вызвали к ректору, лорду Рейниделу и посланнику Совета, матушка. Присутствие Агаты там неуместно.
— А оделась почему так?!
— Это форма академии! На спине — специальные вставки, чтобы выпускать крылья.
Взгляд женщины становится ещё придирчивее. Хуже того, этот взгляд я знаю. От него на душе начинает скрести.
— Не мучай девочку! — раздаётся наконец голос сбоку. — Она — наше сокровище, платиновое. Ещё и нос утёрла этим модернистам.
На дядю Ивы я обратила гораздо меньше внимания — хотя он, уверена, в этой паре важнее и опаснее!
Он тоже в теле.
Наверное, я впервые вижу двух упитанных драконов. И дядя ходит с тростью, как ревизор — подозреваю, что это какая-то мода, а не необходимость.
Тёмные волосы, подёрнутые сединой, хитрое выражение лица, завитые усы. Он немного напоминает мне Эркюля Пуаро из классических фильмов.
— Ива, дорогая моя! — улыбается и тоже обнимает.
Только объятия у него жёстче. Не импульсивные, расчётливые.
