Было бы странно, если бы у тебя сразу появились идеальные манеры. Так что тактику ты выбрала правильную, играй дурочку и дальше. Обещаю, это не больше, чем на пару месяцев. Ты окажешься удивительно способной ученицей.
— И на том спасибо, — все еще недовольно пробурчала я, расправляясь со своей порцией. Раз я деревенщина, за манерами можно пока особо не следить, и я радостно поступила с хлебом, как привыкла еще в прошлой жизни — обмакнула в подливу и вытерла тарелку дочиста.
Открытие казино назначили на начало зимы.
Приблизительно. Если с борделем я запросто уложилась в неделю, поскольку требовался фактически только ремонт, то здесь работы был непочатый край. Те же крупье. Я умела, конечно, сдавать, играть и даже немного мухлевать, подсчитывая ушедшие карты, но казино — это не дома с бабушкой. Тут и ловкость рук нужна, и память фотографическая, да что там — хоть цифры различать нужно уметь на картах, а многие мошенники-карманники даже читали через букву.
Я настояла, что стенографистками будут только женщины.
Джейн по моему совету провела набор желающих, отобрала тех, что поспособнее, и через месяц у нас уже было шесть новоявленных специалисток. Барон безропотно позволил мне занять половину верхнего этажа — почитав расшифровки записей из борделя, оценил пользу подобной записи-прослушки. Читал он их как роман. Где-то хмыкал, интересные места подчеркивал и выписывал себе. Джейн потом еще и премию выписал, за старание.
Пол-этажа я употребила с пользой.
Стену между двумя просторными, хоть и слабо освещенными комнатами снесли и сделали из них зал под архив. Поставили шкафы, столы для расшифровки и чтения. Эдакая библиотека компромата.
Выносить документы из здания я категорически запретила, а всех девушек обязала подписать договор о неразглашении. Я давно заметила, что к договорам здесь какое-то особенное, трепетное отношение. Даже без магической составляющей он соблюдался строго, хоть зачастую ставил одну из сторон в невыгодное положение, но все молча терпели.
Подписали же — значит, надо исполнять.
Джейн назначила старшей, обязав разбирать записи, отсортировывать все, что не касается ставок и игры, выписывать расшифровку в специальную тетрадь — дата, время, все как полагается. Я тоже подучила стенографию — не для записи, а чтобы могла разобрать написанное в случае чего. Периодически я просматривала старые записи, проверяла, все ли перенесено в архив, и уничтожала черновики.
