Лист на ветру

Одной рукой подхватив ребенка, он отшатнулся назад, на людей, стоявших прямо за ним, пытаясь устоять на ногах, пытаясь найти опору… а потом толпа вокруг него почему-то расступилась — он, шатаясь, оказался один в открытом пространстве… колено под ним подломилось, и он, зацепившись за край рельсы, распластался на путях.

Он уже не слышал — ни как, ударившись о рельсы, треснула его голова, ни криков людей наверху; все это потерялось в общем реве, как будто пришел конец света — когда крыша над лестницей рухнула вниз, на толпу.

Мальчик по-прежнему не шевелился — но он был жив; Джерри ясно чувствовал биение его сердца, быстро колотившегося у него на груди. Это было все, что он мог теперь чувствовать.

Бедный маленький дурачок — должно быть, он чуть не вышиб из него дух…

Люди перестали кричать, но были все еще слышны отдельные выкрики и мольбы о помощи. Надо всем этим бедламом вдруг повисло странное молчание.

Кровь перестала стучать у него в голове… его собственное сердце больше не билось.

Возможно, все так и бывает.

Молчание вокруг казалось ему живым, оно как будто дышало. Спокойное — но, как солнечный свет на воде, оно все время двигалось, и вспыхивало яркими искрами. Он еще мог различать наверху, в наступившей тишине, отдельные звуки, топот бегущих ног, тревожные голоса, какие-то хлопки, и cкрежет — но уже мягко погружался в тишину; звуки постепенно отдалялись… хотя нет — он все еще слышал голоса.

— Нет, этот уже отошел — ты только посмотри на его голову… бедняга, она у него раскололась, как орех. С мальцом все хорошо, я думаю, одни ушибы и царапины. Ну же, парень, поднимайся… нет, нет, отпусти его, не сейчас. Все правильно, просто отпусти его — и пойдем. Позволь мне забрать тебя, вот так, теперь все хорошо, тише, тише, ты же хороший мальчик…

— Ты только посмотри на этого парня, как он смотрит.

— Слушай, забери отсюда малого. Я посмотрю, есть ли у парня документы — вдруг его можно будет опознать.

— Давай, большой мальчик, да, вот так, пойдем-ка со мной. Тише, теперь все будет хорошо, все в порядке… это, наверное, твой папа, да?

Он услышал, как засмеялась Долли, почувствовал, как ее рука легко растрепала ему волосы.