А у немцев будет такой сильный козырь, что они могут смело хоть завтра в наступление идти!
– И где же находится рация?
– В одном неприметном лесочке близ Покровского.
– Ты думаешь, советская контрразведка не ищет передатчик? – спросил Колыванов, пыхнув облачком дыма.
Рассеявшись, дым попал в лицо Свиридова. Эта была не какая-нибудь махорка, вызревавшая на дедушкином огороде, а самый что ни на есть первостепенный немецкий табачок, продававшийся в дорогих немецких магазинах едва ли не щепотками. Так что если СМЕРШ обратит внимание на курево, то такими словами, как «трофейный», не отделаешься!
– Сигареткой не угостишь? – попросил Свиридов.
Майор вытащил курево. Михаил вырвал у него из рук пачку сигарет, безжалостно смял ее и зашвырнул далеко в кусты.
– Ты чего, Свиридов, сдурел, что ли? – возмутился Колыванов.
В какой-то момент показалось, что он готов броситься на Свиридова с кулаками, но удержался…
– Ты меня еще должен поблагодарить за услугу… Даже не знаю, кто тебя инструктировал.
Такие сигареты, как эти, еще не каждый советский полковник может себе позволить. На передовой даже офицеры махорку курят. А ты вон как с шиком куришь… Даже большие чинарики выбрасываешь. Я еще удивляюсь, как тебя контрразведка не сцапала.
– Ты много на себя берешь, Свиридов!
– Послушай меня, если жить хочешь. За твое курево до выяснения личности тебя задержит первый встречный смершевец! Кури махорку, если приспичило. Как и все офицеры!
– Чего ты так кипятишься, майор, – примирительно сказал Колыванов.
– Я все понял. Мне не нужно объяснять дважды. Махорка так махорка… потерплю до Берлина, а уж там отведу душу.
– А по поводу передатчика, – продолжал Свиридов, как если бы ничего не произошло, – так его еще смершевцам отыскать нужно, а это непросто!
– Что дальше думаешь делать?
– Дальше… Свяжемся с Центром, а они подскажут, где нас лучше всего забрать. Так что впереди нас ожидает достойный отдых. Кстати, ты женат, майор?
– А зачем? – вполне искренне удивился Колыванов.
– Бабы мне и так дают.
– Ну-ну… Чего стоим? Давай затолкаем машину вот в тот пролесочек.
Машину откатили в кусты. С дороги ее сразу не увидишь, только когда подступишь вплотную. Так что к генералу она вернется не сразу.
– А теперь давай на шоссе, с этой стороны нас не ждут."
"Вышли из леса и, держась друг от друга на некотором расстоянии, зашагали к шоссе. В вечернее время направление на Вязьму было не столь многолюдным, как днем.
