Лицо из снов

Пятнадцать минут назад она отдала ему свое сердце, и это для нее самой оказалось настолько удивительно, что она до сих пор еще не пришла в себя.

Дейн был полицейским, то есть человеком, жизнь которого тесно сплетена с насилием. Он не совершал преступлений, но боролся с ними с применением силы. Атмосфера насилия окружала его со всех сторон. Вот и сейчас под правой рукой у него лежал автоматический пистолет. Она заметила его сегодня случайно и скоро поняла, что он всегда под рукой у Дейна. Наплечная кобура была перекинута через спинку дивана тут же.

По тыльной стороне его правой ладони тянулся шрам. Марли обратила на него внимание, когда Дейн потянулся за третьим куском пиццы.

— Что это за шрам у тебя на руке? — спросила она. — Как ты его заработал? Похоже, от ножа, да?

Он посмотрел на свою руку, затем пожал плечами и вновь уставился в телевизор.

— Точно. А получил я его в одной стычке с пацанами — панками. Еще когда работал патрульным.

— Ничего серьезного, но приятного тоже мало было. Нож пошел по касательной, сухожилий никаких не задел.

— Глин тоже резал меня, — тихо сказала Марли. Она и сама не поняла, как это у нее вырвалось. Не хотела говорить, а вот сказала…

Он резко обернулся к ней. Вся добродушная вялость пропала без следа, а в карих глазах сверкнуло испуганное выражение.

— Что? — переспросил он, положив недоеденную пиццу на кофейный столик. Нащупав рукой «дистанку», он выключил телевизор. — Профессор об этом ничего не рассказывал.

Она отставила тарелку и еще теснее прижала согнутые колени к груди.

— Да у меня тоже, можно сказать, ничего серьезного. Так, легкие порезы. Он играл со мной, пытался сделать так, чтобы я потеряла голову от боли и страха. Он и сам от этого распалился. Чего, собственно, и добивался. Он взял в руки нож не для того, чтобы меня убивать. По крайней мере не в ту минуту. Ему хотелось еще поиграть со мной живой. Впрочем, позже он все равно бы меня убил. Если бы не подоспел шериф.

— Покажи, — тихо проговорил Дейн и, не дожидаясь ее ответа, пододвинулся ближе, заставил ее отнять колени от груди и стал быстро расстегивать на ней халат. Марли запоздало спохватилась и попыталась ему помешать, но он уже широко распахнул полы халата и стал внимательно рассматривать ее наготу. На Марли не было ничего, кроме маленьких трусиков.

Шрамы шестилетней давности не обезобразили ее тело. Иногда случаетсся, что подобные шрамы вообще исчезают со временем.