Лицо из снов

Он не желал ни перед кем отчитываться в том, например, как он распоряжается своим временем. Не хотел, задумывая что-то, считаться с мнением другого. Но когда речь заходила о Марли, он чувствовал себя загнанным в угол. Его и раньше порой сильно тянуло к той или иной женщине, но такого еще не бывало ни разу. Горячка, жгучая жажда, которые не покидали его ни на мгновение. Всего четыре дня прошло с тех пор, как он, войдя в кабинет Боннеса, впервые увидел ее. С той минуты он думал о ней постоянно. И чем больше узнавал о ней, тем глубже увязал в своих чувствах.

Причем она-то как раз ничем его не поощряла. Он делал все сам за них обоих. И делал, до конца сопротивляясь каждому своему шагу.

После того кошмара с Глином Марли стала совершенно избегать мужчин. Какой там секс, даже невинное романтическое увлечение пугало ее. Дейн убеждал себя в том, что надо отойти в сторону, дать ей время и свободное пространство, постепенно расположить ее к доверию. Но он знал, что ничего из этого не выйдет.

Дейн не умел ждать. Он твердо решил сделать ее своей и как можно скорее. Конечно, она будет бояться секса. Но он — именно он и, не дай Бог, кто-нибудь другой — поможет ей понять, что секс может доставлять радость. До сих пор он не знал, что такое ревность, но теперь Дейн мучился этим чувством. Он ревновал не к Глину, разумеется, но ко всем прочим мужчинам, которым, как ему казалось, достаточно было один раз посмотреть в сторону Марли, чтобы потонуть в ее бездонных синих глазах. Он хотел завоевать право встать рядом с ней и грозно предупреждать глазами всякого поганца, который посмеет задержаться на ней взглядом.

Трэммел будет ржать до упаду. Раньше перед Дейном никогда не вставала проблема; женщины и работа, потому что работа всегда была на первом месте. А теперь он потерял голову из-за женщины, олицетворявшей собой главную его надежду на раскрытие убийства, которым он как раз занимался.

Его самолет приземлился в половине десятого. Встал он в тот день засветло, — уж не говоря о полете через всю страну туда и обратно, — поэтому сейчас чувствовал дикую усталость.

Из телефона-автомата в аэропорту он связался с Трэммелом, сообщил, что увидится с ним утром и все расскажет.

Повесив трубку, Дейн с минуту стоял неподвижно, размышляя. Он устал, одежда после самолета вся жеваная, настроение препоганнейшее. Надо бы отправиться домой и уткнуться носом в подушку, спокойно отдохнуть и хорошенько подумать обо всем.