Люби меня по-немецки

— Ничего, переживу, я тоже его много раз кидала, задерживаясь на работе, — на манер девиц из рекламы лошадиного шампуня гордо встряхиваю волосами и цепляю на лицо привычную маску сильной и уверенной в себе леди. — В общем, спасибо, что не отказал. Мне пора, — не прощаясь уверенно чеканю шаг на проспект Патриотов.

— А как быть с воскресеньем? Дядя Яша ждёт, — раздаётся за спиной и я не оборачиваясь прожимаю плечами:

— Ничего, он двадцать шесть лет ждал, когда победит наша сборная по хоккею, так что терпения ему не занимать.

— Ульяна? Ты тут? — слышу позади голос Дианы и непроизвольно замедляюсь у светофора, навострив локаторы. — О, это ты! А где именинница?

— Мы только что расстались. Глупая история — год отношений коту под хвост.

— Ой, да брось ты мне заливать, а то я Олега не знаю. Ульяна мне всё про тебя рассказала… — елейным голоском щебечет Диана, и я понимаю, что первый мяч в немецкие ворота противника заброшен.

Сфетофор с красного предательски меняется на зелёного человечка, и толпа уносит меня на другую сторону улицы.

Вижу, как Диана хохочет, а мистер Неотразимость и рад стараться — размахивает клешнями, словно имитирует греблю на каноэ. Ну точно клоун!

Фыркаю, но зачем-то продолжаю еле плестись по другой стороне проспекта, делая вид, что совсем не смотрю в их сторону.

Я его не знаю, он меня тоже, а наша первая и последняя встреча закончилась нелепо. У меня есть Олег и он не виноват в том, что гиперответственнен. И нет, он не мог всё отложить и приехать на встречу с моими родственниками в день моего рождения.

Единственный, чёрт возьми, день в году, когда он был мне необходим как никогда!

Почему? Почему он выбрал работу, а не меня?..

Так, отставить хандру, я же ни капли не расстроилась. Приеду в воскресенье на шашлыки к Григорьевым и честно во всём признаюсь. А может, и Олега с собой возьму. Да, именно так и сделаю!

Ловлю проезжающее мимо такси и радуюсь, когда жёлтый Ниссан тут же тормозит у обочины.

Воодушевившись озарившей идеей покаяться перед близкими хватаюсь за ручку двери и бросаю взгляд на вход в «Бристоль» — ни Курта, ни Дианы там уже нет, но, чуть поодаль, под светом фонаря, какая-то парочка слепилась воедино, языками изучая гланды друг друга.

Сердце встрепенулось напуганной крошкой-колибри.

— Вам куда? — выглядывает из приоткрытого окна таксист.

— Да-да, секунду… Сейчас… — отвечаю на автомате и, присмотревшись, выдыхаю — не они. Просто показалось. Как и то, что этот заграничный франт меня чем-то зацепил.