Любимая наша

Поэтому я заталкиваю все эти несвоевременные воспоминания куда подальше и укладываю хнычущего Эша на середину кровати. Поворачиваюсь, чтобы взять его орущего близнеца.

− Корми сперва этого крикуна. За сыном я пока присмотрю, − произносит тихо А-атон, осторожно передавая мне на руки Рэя.

Я так и собиралась сделать. Иначе брат не даст Эшу спокойно поесть. Но кормить при муже… этого я совершенно точно не планировала.

Однако мой светлый супруг уже склоняется над кроватью, чтобы взять на руки своего ребёнка. И у меня просто не хватает духу ему в этом отказать.

Сморгнув внезапные слёзы, обхожу кровать, сажусь к ним спиной и устраиваю своего более нетерпеливого малыша у груди. Одной рукой привычно расстёгиваю рубашку и уже через минуту чувствую, как жадный детский ротик хватает за сосок. Обхватив обеими руками мою правую грудь, Рэй с сопением и жадным причмокиванием принимается за еду.

− Я до сегодняшнего дня никогда не держал на руках новорожденных, − слышу внезапно задумчивый голос мужа.

Оглянувшись через плечо, я вижу как он с настоящим исследовательским интересом рассматривает своего наследника. Трогает детские волосики, кулачки, гладит нежную щёчку. Впрочем, Эш тоже смотрит на отца и что-то гулит, на время позабыв о голоде.

− У вас хорошо получается, − улыбаюсь грустно. И, не выдержав, отвожу взгляд. Слишком тяжело видеть, как муж знакомится с сыном, и осознавать, что из-за меня этого могло не быть.

Может, зря я так рубанула с плеча? Может, был другой способ изменить всё, другой способ получить свободу?

Хотя, кого я обманываю? Они меня в другой вселенной нашли, чтобы вернуть. Неужели отпустили бы тогда? Точно нет.

− Ми-ичан настоял, чтобы мы взяли детское питание на корабль. Утверждал, что тебе может быть сложно прокормить одновременно двоих. Приказать принести? – вырывает меня из сеанса самобичевания неожиданный вопрос А-атона.

Они даже о таких мелочах подумали? Но не взяли детские кроватки… Это, пожалуй, можно было бы считать милым.

− Нет, не нужно, − мотаю головой. – У меня вполне достаточно молока. Им хватает. По крайней мере, пока что.

И снова в спальне воцаряется тишина, нарушаемая только сопением Рэя и кряхтением Эша.

− Мне кажется, он в данный момент занят тем, что испражняется, − вдруг крайне удивлённо сообщает мне А-атон.