Любимая наша

Притягивает меня к себе и принимается нежно массажировать голову, убирая малейшие отголоски болезненных ощущений. – Я тоже думаю, что за этим, скорее всего, стоит Хамана. И, к слову, у меня есть основания полагать, что именно она могла помочь моему отцу обрести силу, посулив что-то очень важное для него. Так что, он вполне может быть её сателлитом, либо союзником. Если Морад это не Менетнаш, исключать такую возможность тоже не стоит. И раз уж мы теперь знаем, что ты не связана клятвами, расскажи нам больше о вашем с ним общении.

− Он не связал тебя клятвами?! – удивлённо подаётся ко мне А-атон.

− Представьте себе, нет, − вместо меня отвечает Сэтору. – И мы зря впустую потратили столько времени, по крупицам собирая ту информацию, которую напрямую могли узнать от Лины.

Теперь они все трое осуждающе смотрят на меня. Ну а я что?

− Вы меня не спрашивали, − поджимаю губы, виновато опустив глаза.

− Действительно, − хмыкает Са-оир. – Наше упущение. Теперь спрашиваем. Рассказывай. Всё. С самого начала.

В другой ситуации я бы возможно ещё поспорила. Потому что мне, наивной, не хочется верить в злой умысел Морада. Не после того, как я наблюдала его одержимое желание снова увидеть любимую, пусть даже в другом воплощении. Не после того, как он терпеливо учил меня, направлял, рассказывал о богарах и разных вселенных, не после наших долгих разговоров и его слов об ответственности за меня и нежелании причинять боль. Даже тот факт, что он позволил мужьям забрать меня теперь не воспринимается мною как предательство.

Но я понимаю и то, что в этой ситуации умалчивать что-либо, руководствуясь своими чувствами, которые вполне могут меня и обманывать, я не имею права.

Вдруг это будет стоить Чотжару жизни? Эта мысль вспыхивает на краю сознания и обжигает душу настоящим страхом.

Поэтому я принимаюсь рассказывать всё с самого начала. С того первого раза, когда я услышала голос Морада. Всю ту часть, которая предшествует нашему воссоединению в Маран-Дэш, мужья слушают молча.

А вот потом я перехожу к тому, как Морад заговорил со мной здесь, во дворце.

− Я впервые слышала его не шелестящим, отдалённым голосом, а так, как обычно слышу Чотжара. Так, будто он находился рядом и общался со мной мысленно, − признаюсь, восстанавливая в памяти события пятимесячной давности.