Любимый незнакомец

– Он… несчастен. – Она сдвинула ладони чуть влево, но не увидела ничего, кроме размытого пятна множества воспоминаний. У нее в животе снова екнуло, и она отняла руки от обивки дивана.

– Что вы видите? – спросил Мэлоун.

– Боюсь, так ничего не получится. – Она закрыла глаза, стараясь унять головокружение. – Можно мне немного подержаться за вас?

– Подержаться за меня?

– Мне нужно что-то нейтральное, – прошептала она. – Можно мне взять вас за руки… пока в голове у меня не прояснится?

Он сунул фонарик в карман брюк и сделал так, как она просила, – взял ее ладони в свои.

Ладони у него были шероховатые, костистые – как у отца, так он ей когда-то сказал. Казалось, он этим гордился – возможно, потому, что в целом мало чем походил на отца.

Его прикосновение мгновенно вернуло ее к реальности, а мрачные образы испарились, словно он их смахнул. Прежде никто никогда не держал ее за руки, если ей виделось что-то дурное. Ей всегда приходилось успокаиваться самой.

– Так лучше? – спросил он, словно не знал, правильно ли все делает.

– Да. Гораздо лучше, – прошептала она и лишь плотнее сжала пальцы, чтобы он не выпустил ее рук из своих. – Еще минуту, пожалуйста. Вы ведь считаете, что когда я касаюсь вас, то выведываю ваши секреты, – прибавила она.

– Да, считаю. – Он произнес это спокойным голосом, но она почувствовала, как он плотнее сжал ей руки.

– Это не так. Я не читаю по коже и не слышу вашей одежды, когда вы в ней. Я пыталась объяснить это, когда… когда мы ссорились.

 – Лучше сказать «ссорились», чем «целовались». – Вы тогда сказали, что я трогала вашу рубашку, а значит, сама все знаю.

– Но это не так? – прошептал он.

– Я не слышу ткань, когда под ней… живая… плоть. Я думаю, тепло, исходящее от человека – живого человека, – заглушает все прочие звуки. На самом деле это приятно. – За это она любила примерки, хотя все прочие этапы ее работы частенько сопровождались уколами чужих мыслей и воспоминаний.

Он наклонил голову вбок и повернулся к двери, не выпуская ее ладоней.

Такой реакции она не ждала.

Он резко накрыл ей рот ладонью, а другой рукой обхватил ее за талию.

Она дернулась, ничего не понимая, но тут же услышала то, что слышал он. Ступени лестницы заскрипели под тяжестью чьих-то шагов, громыхнула связка ключей. Мэлоун внезапно сорвался с места и потянул ее за собой. На ходу он дернул за звякнувшую цепочку на лампочке в ванной и впихнул Дани в первую спальню.