Любимый незнакомец

Поблизости также обнаружились белые брюки и белая рубашка, предположительно принадлежавшие второй жертве. Его личность до сих пор не была установлена.

Мэлоун отложил в сторону второй список и взялся за третий.

Жертвой Номер Три была Фло Полилло, которую удалось опознать по отпечаткам пальцев на изуродованной правой руке. Слегка за сорок, вес – под семьдесят пять килограммов. Ее арестовывали несколько раз, в Кливленде и в Вашингтоне, за то, что она торговала спиртным у себя дома и занималась проституцией.

В ее деле лежал ее фотоснимок.

Она казалась усталой, но чуть улыбалась какой-то совершенно неуместной улыбкой, и от этого ее фотография казалась скорее неумелым фотопортретом, чем снимком из полицейского досье. Она выглядела так, словно арест ее совершенно не огорчил; Мэлоун знал по опыту, что все преступники делятся на две группы – те, кто получает удовольствие от своих преступлений, и те, кто считает, что у них нет выбора. Фло Полилло, вероятно, принадлежала ко второй группе, но Мэлоун в своем списке не стал об этом упоминать. Вместо этого он написал о корзинах для провизии, в которых лежали части ее расчлененного тела, и о том, где и когда ее обнаружили: 26 января 1936 года, за зданием мануфактуры Харта – той самой, где работал вместе с отцом и старшим братом тот паренек, Стив Езерски.

Вероятнее всего, это лишь совпадение, пусть и довольно любопытное. Интересно другое – на пареньке была кепка, раньше принадлежавшая «Эдди». Мэлоун почти не сомневался, что Эдди – это Эдвард Андрасси, Жертва Номер Один.

Он еще не решил, какие выводы из этого сделает, но, если Дани все правильно поняла, мальчишка не совершил ничего противозаконного. Он просто не стал ни о чем рассказывать и не отдал полиции кепку. Мэлоуну все равно предстоит еще раз наведаться в тот район и снова поговорить со Стивом.

Часть обезглавленного тела Фло Полилло, включая левую руку и левую ногу, выбросили в другом месте – позади пустовавшего дома на Ориндж-авеню. Их обнаружили 7 февраля 1936 года. Голову до сих пор не нашли.

Жертву Номер Четыре прозвали «татуированным мужчиной». Установить его настоящее имя так и не удалось. Он был хорош собой – насколько это возможно было определить по его отрубленной голове. Длинные, как у ребенка, ресницы, мужественное, с четкими чертами, лицо, густые темные волосы с рыжеватым отливом. Коронер переснял шесть татуировок, имевшихся на теле этого человека, и снимки напечатали во всех газетах. Но до сих пор никто так и не заявил, что был с ним знаком.