Любимый незнакомец

Окружной патологоанатом предположил, что женщине было от двадцати пяти до тридцати лет, у нее были русые волосы, весила она около пятидесяти пяти килограммов, а ее рост составлял от метра шестидесяти пяти до метра семидесяти сантиметров. Но все это были только примерные оценки и предположения, не основанные на фактических измерениях, поскольку в распоряжении властей имелась лишь половина туловища – ни рук, ни ног, ни головы.

Пятого мая 1937 года, почти три месяца спустя, волны выбросили на берег верхнюю половину туловища.

Она лежала в полосе прибоя, в нескольких метрах от пляжа. Холодные воды озера Эри сохранили плоть: когда останки забрали в морг, выяснилось, что они идеально подходят к нижней половине уже хранившегося там женского торса. Имя той женщины так и не установили. О ее пропаже никто не заявлял. На этот раз у жертвы не было даже одежды, которая могла бы хоть что-то подсказать. Дани в этом случае оказалась бы столь же беспомощной, как и все остальные.

Однако коронер не захотел включить эту женщину в список жертв Мясника, обосновав это тем, что ее обнаружили за пределами Кингсбери-Ран и обезглавили уже после смерти, причем куда менее аккуратно и тщательно, чем других жертв. Это вызвало у властей законные сомнения.

Но они не хотели признать очевидного: первую Деву озера нашли ровно на том же месте и примерно в таком же состоянии – ее тело было разрублено пополам. А значит, у полиции появилась не одна только седьмая, но еще и восьмая жертва: все указывало на то, что первая Дева озера, обнаруженная в тридцать четвертом, тоже погибла от рук Мясника.

В газетах Деву озера начали называть Нулевой жертвой – чтобы не менять нумерации других жертв. В большинстве случаев у властей не было ничего, кроме собственно номеров, и Мэлоун был согласен с этим решением.

Останки официальной Жертвы Номер Восемь – Роуз Уоллес – вновь обнаружил ребенок.

Дети болтались по городу. Дети всюду совали свои носы. Дети играли там, где не задерживались взрослые. Туловище женщины – скорее напоминавшее скелет – лежало в мешке из грубой ткани, наполовину закопанном в землю под мостом Лорейн-Карнеги. Сверху на мешке красовался череп. Внимание мальчишки, слонявшегося по заваленному мусором участку земли под мостом, привлекли три золотых зуба жертвы, сверкавших в лучах закатного солнца.