Любить нельзя использовать

Вот с такими невеселыми мыслями я уснул.

Вся следующая неделя пролетела в поисках работы и попытках поговорить с подругой Людмилы. И с тем и с другим было глухо. И у меня уже закралась мысль, пойти пока работать обыкновенным охранником, и параллельно искать что-то другое. Но по опыту я знал, что «потом» всегда откладывается на потом, и человек застревает на том, что есть сейчас, поэтому пока есть возможность, буду искать лучший вариант.

Поймать Татьяну, чтобы расспросить ее о том, чем занимается ее подруга, оказалось тоже не просто.

Татьяна жила в квартире родителей, которые не так давно перебрались к морю. Почему она осталась здесь, а не поехала с ними, я не знал. Но был этому рад, потому что хотя бы один человек был всегда рядом с Людмилой. А Татьяна Артемьева – надежный друг. Это я понял еще с того времени, когда она поставила Руслана на место, чтобы тот не лез в их с Людмилой дружбу. И она по сей день поддерживала Людмилу и язвила ее брата, который до сих пор с трудом выносил, как и ее, так и ее шуточки.

Я караулил рыжую возле ее дома, сидя в машине. Старый двор. С ним связано столько воспоминаний. Ведь и мое детство прошло здесь. Родители, как и прежде, жили в старой квартире. Здесь же жили и Соколовы раньше. И Вероника. Вот за каким лешим вспомнилась мне моя первая любовь, не знаю. Но что было, то было. Я совершенно спокойно реагировал на воспоминание о бывшей. Все-таки десять лет не прошли бесследно.

Уроки я запомнил, а все остальное стерлось.

Татьяна заметила меня и изменила курс в мою сторону.

– Привет, Танюш! – я вышел из машины.

– Привет, коли не шутишь! Тебя каким ветром задуло в родные пенаты?

– Да, ладно. Чего надо, служивый?

– Уже не служивый, – поправил я девушку. – А что, сразу заметно, что мне что-то надо?

– Данилов, вот не надо считать меня дурой! Хорошо? Зачем ждешь?

– Говори. Извини, домой не приглашу.

Не прибиралась.

– Да я и не напрашиваюсь. Тань, будь другом, скажи псевдоним Люды.

– О, как?! А вы, с какой целью интересуетесь? – со знакомой интонацией произнесла Таня. – И вообще, откуда узнал?

– Только с благой! Ничего плохого! А откуда узнал, так она сама сказала.

– Ой, не ври! Чтобы Люська сама призналась?! Не смеши мои лабутены!

– Не вру! Она сама сказала, правда, моей бабушке.

– Бабушке, значит? Ну. Ну.