Любить нельзя

Мысленно пожав плечами, переплела наши пальцы и спросила:

– Что за дела у тебя с Гошей?

– Не знаю, что у него, но у меня никаких дел с ним нет, – ленивым тоном протянул он, скалясь.

Я нахмурилась, недовольная ответом, и продолжила:

– Ладно. Какие у него с тобой дела? – и прежде чем он снова начнет увиливать, пригрозила: – Еще один подобный ответ и будешь спать в обнимку с подушкой.

– Жестокая женщина! Ну хоть с рукой спать не отправила. И то хлеб.

– В смысле "с рукой"? – развернулась, чтобы посмотреть ему в глаза.

Марик рассмеялся и, хитро улыбнувшись, прошептал, одной ладонью обхватив мою шею, а второй чуть сжав подбородок:

– Хочешь, поясню? Стало интересно?

Погладил скулу, скользнул по шее вниз и обратно. Я, поняв, что он тянет резину, разозлилась:

– Прекрати мне зубы заговаривать!

– Хорошо-хорошо! – быстро согласился он. Я уже подумала, что к нему вернулась совесть из затяжного отпуска, как тот добавил невинно: – Все равно ты для подобной информации еще слишком мелкая.

Начала решительно выбираться из его хватки, но, естественно, меня никуда не отпустили.

– Так, перейдём к делу. Ты спрашивала, что с… гм… Гошей? Клинов что-то темнит, малышка. Явно надеется, что отхапает львиную долю нашей компании.

– Подожди, – несколько растерялась и прекратила всякое сопротивление. – Я знаю почти всех партнеров отца и акционеров, среди них нет фамилии Егора. Какое он отношение имеет к творящемуся?

– Все сложно, Поль. Факт его участия в возникнувших трудностях неоспорим.

– А дело папы? – голос предательски задрожал. О нем было больно вспоминать. А еще… становилось неловко. Он воспитывал нас с Марком как брата и сестру, как двух самых близких людей, а мы с ним… – Ты же говорил, что не согласен результатами суда и искал истинные причины произошедшего.

– Угу, – Марик мрачно кивнул. – И это тоже непросто. Я не берусь делать выводы, пока рано, у меня нет всех данных, но…

– Но? – поторопила парня, нетерпеливо кусая губы и сминая в пальцах подол своей футболки.

– Но кое-какие умозаключения мы с командой сделали. И они меня не радуют, Поль.

Несколько минут в комнате царила полнейшая тишина. Такая, что я уловила даже шум работающей стиральной машины на первом этаже. Я обмозговывала услышанное и пыталась поймать за хвост мелькнувшую, но быстро потрявшуюся среди бестолковых мыслей, догадку, а он задумчиво гладил мои ноги, чем сильно отвлекал.