Любить нельзя

– Прости, что тебя не подождала, – добавила, опустив глаза. – Это было неправильно.

– Ничего, все в порядке. Идем есть торт, – не стала дальше развивать тему, потому что доверяла ей, однако не смогла не поинтересоваться: – А что за художник, кстати?

– Николай Андронов, – после небольшой заминки ответила подруга. – У него невероятный стиль.

– Мне нужна помощь, – когда Карина отложила в сторону кружку, произнесла я.

– М? На свидание собрать? – она вскинула свои идеально ровные брови, а затем одобрительно качнула головой: – Давно пора! Неужели я дожила до этого светлого дня?! Гоша, наверное…

– Нет, я о другом, – пусть это и некрасиво, но я перебила на полуслове.

Рина села ровнее и внимательно на меня посмотрела, готовая выслушать.

– Понимаешь… – выдохнула, сжала сильнее ручку своей чашки. – После смерти отца Марк работает не покладая рук. Я хочу ему хоть как-нибудь помочь, но не могу придумать ничего путного.

Я ждала любой реакции, но только не неестественного смеха. Карина где-то с минуту смеялась, а затем резко замолчала. Снова откинулась на подушки и совсем невесело усмехнулась:

– Надо же, а ты шутить научилась, Довлатова.

– Я серьезна как никогда, – уже пожалела, что решилась попросить у нее совета. Зря. Черт, знала ведь, какое отношение у нее к брату и все равно… Что могу сказать? Я дура. Надеялась на поддержку, совершенно забыв, что о нашем полном перемирии с братом она не в курсе.

– Помочь? Серьезна как никогда? – из ее горла вырвался короткий смешок. – Да ты себя слышишь? Он же издевался над тобой все это время. Уже забыла его выходки? Забыла, как каждый раз доводил до слез и лишал самого дорогого? Забыла, как…

– Перестань, – поморщившись, прервала ее тираду. – Ты сейчас не права.

– Не права?! – истерично вскрикнула Карина, соскользнув с моей кровати и рывком поднимаясь на ноги. – А в чем? В том, что, в отличие от тебя, вижу правду? Святая моя наивность, пока ты размышляешь, как ему помочь, он приберет деньги Андрея Федоровича к рукам и… – она сжала пальцы в кулак, а затем разжала, показывая пустую ладонь. – И исчезнет. А ты останешься ни с чем, Поль. Так что мой совет: сыграй в ва-банк. Я тебе помогу.