Любить - значит верить

 – Я приду через пару минут, подожди меня в кабинете…

Когда Морган вошел в свой кабинет, решительным жестом закрыв за собой дверь, Брук не знала, как начать разговор. В течение дня она несколько раз повторяла про себя, что ему скажет, но сейчас тщательно подготовленные слова разлетелись куда-то, так что в голове у нее стало пусто. Почему-то странная апатия овладела ею.

– Все ушли, – сообщил он. – Даже моя секретарша. Нам никто не помешает. В этой части здания не осталось никого, кроме нас двоих и охранников.

Брук еще раз попыталась вспомнить начало подготовленной заранее речи, но это было совершенно безнадежно.

– Как прошло совещание? – спросила она, радуясь, что придумала какую-то более или менее осмысленную фразу. – Все было удачно?

– Наверное. – В его голосе послышалось нетерпение. – Я хотел поговорить о вчерашней ночи, – сказал Морган, – Брук, насчет того, что произошло между нами… Ты была абсолютно права, когда на меня рассердилась. Как только Анджела упомянула о том, что к продаже были предложены акции, я моментально решил, что ты заманила меня в коттедж для того, чтобы со мной нельзя было связаться по телефону.

Его извинение было настолько неожиданным, что Брук несколько секунд могла только молча на него смотреть. Она попыталась сформулировать четкий ответ, но в голове у нее по-прежнему было возмутительно пусто.

– Я не продавала свои акции! – выпалила наконец она.

– Я знаю, что их продала Шила, – ответил Морган. – Вчера ночью я был так зол, что почти ничего не соображал. Я испугался, что все планы, которые я строил по поводу нашего с тобой будущего, – это просто воздушные замки, что ты все равно собираешься от меня уйти. Но этим утром я, слава Богу, уже немного опомнился. Как только я понял, что доверяю тебе, и поверил твоему слову, что ты не продавала своих акций, оказалось очень легко выяснить, кто именно это сделал.

Брук опустила глаза на свои руки. Увидев, насколько тесно переплетены ее пальцы, она заставила себя их медленно разжать. В ней начала расти надежда, наполняя ее сердце радостью. Брук изо всех сил старалась подавить эту надежду, боясь, что она что-то неправильно поняла. Ей страшно было просить Моргана пояснить его слова.