Люблю и ненавижу

 – Бессмысленно рассуждать о том, кем бы я могла или не могла стать.

– Простите, – тут же извинился Фауст. Он понял, что сказал не то, что надо.

– Кстати, Юджин, хотела вас спросить… – Карен вспомнила, что никогда раньше не называла доктора Фауста по имени, и замялась.

Но Фауст всем своим видом выражал готовность ответить на любой вопрос, и Карен продолжила.

– Тот мужчина… муж женщины, которая… – она запнулась.

– Джеймс Дилан, – догадался Фауст.

– Да, – кивнула Карен. – Как он отреагировал на… все это? Почему он не обратился в суд?

– Я не совсем в курсе, – ответил Фауст через некоторое время.

 – В основном этим занимался Гэлгем. Известно только, что он решил не возбуждать дело. Может быть, ему просто сказали, что это был несчастный случай…

– Не знаю, – пожал плечами Фауст. – Вам лучше расспросить Салливана. Гэлгем точно посвящал его в подробности. Как и доктора Макфлайер.

У Карен стало скверно на душе. Значит, Эд знает гораздо больше, чем рассказал ей. Наверное, ему просто неприятно обсуждать с ней эти вопросы.

Это было бы вполне естественно, учитывая все обстоятельства…

– Спасибо вам, Юджин. – Карен остановилась и повернулась к Фаусту. – За поддержку и сочувствие. Хотя я этого не стою…

Фауст улыбнулся, попросил не пропадать, и они расстались недалеко от главного въезда на территорию госпиталя. Он вернулся в больницу.

А Карен пошла домой, навстречу новой жизни.

В одиннадцать часов вечера в холостяцкой квартире Джеймса Дилана раздался телефонный звонок. Недовольный хозяин снял трубку.

Раздался голос его неугомонного друга.

– Джеймс, привет, это Сид.

Выражение лица Джеймса стало гораздо более доброжелательным.

– Привет, Сид. Как дела?

– Все нормально, – кратко ответил Барнет, не собираясь вдаваться в подробности. – У меня есть к тебе небольшая просьба, Джеймс.

– Ты не возражаешь, если я приму на работу одного человека? Она очень хорошая, и я обещаю, что…

– Ты уже начинаешь оказывать женщинам протекцию? – рассмеялся Джеймс. – Чем же все это закончится, хотел бы я знать?

– Ничего смешного, – буркнул Сид.

Он всегда воспринимал слова Дилана за чистую монету. – Я просто хочу помочь…

– И непременно за счет компании, – закончил за него Джеймс.

– Ты же знаешь, что я ни за что не стану причинять компании вред, – возмутился Сид.

– Хорошо, не сердись, – улыбнулся Джеймс. Ему надоело дразнить Сида. – Бери кого хочешь. Я рад, что у тебя наконец появилась подружка. На моей памяти ты впервые просишь за женщину.

Последовало гробовое молчание.