Люблю и ненавижу

– Ты что-то путаешь. У нее же был большой живот!

– Она не была беременна. Я точно помню это. И никакой операции не было. В любом случае, ее положили бы тогда в послеоперационный бокс, а не в обычную палату. В тот раз обошлось без хирургического вмешательства.

– Карен, милая, ты просто перенервничала, – успокаивающе проговорил Джеймс. – Этот доктор, Эдуард Салливан, еще приносил мне соболезнования.

– Кто-нибудь еще, кроме него, говорил тебе о том, что она потеряла ребенка? – Карен вцепилась в руку Джеймса.

– Н-нет, кажется, – ответил он нерешительно.

 – И у меня не было причины сомневаться в его словах…

– Лана не была беременна! – выкрикнула Карен. – Ты должен мне верить!

– Но тогда… это все не имеет смысла, – пробормотал Джеймс.

Они с Карен растерянно смотрели друг на друга. Дурной сон продолжался.

– Скажи, ты знаешь, кого-нибудь, кто был бы близок с… твоей женой? – спросила Карен. – Кто мог бы быть в курсе ее дел? Кому бы она доверяла?

– Нет, – покачал головой Джеймс. – У нее не было подруг. Ни одной.

Даже подружками невесты на нашей свадьбы были мои знакомые.

– А родственники? Хоть кто-нибудь у нее был?

– Родители точно умерли, но, кажется, есть какая-то двоюродная или троюродная тетушка… Лана почти не поддерживала с ней отношений. Я увидел-то ее впервые лишь на похоронах.

Лицо Карен вытянулось.

– Значит, никто не может пролить свет на это дело, – печально сказала она.

– Почему же? – спросил Джеймс агрессивно. – Красавчик-доктор наверняка многое знает.

– Эд ничего не скажет, – покачала головой Карен.

 – Если у нас не будет никаких конкретных доказательств, нам не удастся вытянуть из него ни слова. Но я точно помню, что Лана Дилан не теряла никакого ребенка!

Она беспомощно посмотрела на Джеймса.

– Все-таки я съезжу к той тетушке, – вдруг решился он. – Толку, конечно, не будет, но зато совесть будет спокойна…

Карен жалко улыбнулась.

– По-моему, нам никогда не обрести покой, – всхлипнула она.

– А это мы еще посмотрим, – проговорил он с вызовом и, притянув ее к себе, поцеловал в макушку.

 – Посмотрим.

Тетушка Ланы, некая миссис Гортридж, жила в Бруксе, маленьком городишке на юге штата. В записной книжке матери Джеймса оказался и ее адрес, и телефон. Элизабет занималась устройством похорон Ланы и к великой радости Джеймса педантично сохранила адреса всех приглашенных.

В тот же вечер Карен и Джеймс выехали в Брукс. Карен хотела остаться дома, но Джеймс настоял, чтобы она поехала с ним.

– Ты просто подождешь меня в машине, – сказал он.