Любовь и риск

Майкл недоверчиво посмотрел на расходившуюся Эбби.

— Ты этого не сделаешь!

— Я буду тихо, не говоря ни слова, сидеть сзади в машине. — Упрямо твердила Эбби. — Не заставляй меня возвращаться в номер гостиницы, Майкл.

Его глаза стали стальными.

— Эбби, пойми же, у меня такая жизнь. Это то неизменное, к чему тебе следует привыкнуть.

— Но у меня не такая жизнь. Сейчас вы единственные, за кого я могу ухватиться, чтобы не пропасть в этой сумятице. Только вам двоим я могу доверять.

Майкл достал сигарету и закурил.

Он проклинал себя за то, что Эбби знала почти обо всем. А ведь события могут развернуться непредвиденным образом. Свэнн сказал, что Травеленосы под неусыпным наблюдением. А что, если им удастся ускользнуть? Они, безжалостные, жестокие люди, уберут любого, вставшего у них на пути. Пустое кладбище в Вест-сайде не лучшее место для времяпрепровождения в десять часов вечера.

Но Майкл не переставал беспокоиться за жизнь Эбби. Сумеет ли он уберечь ее? Ему становилось нехорошо при одном воспоминании о тех страшных минутах, которые он провел перед сломанной дверью в квартиру Эбби.

— Ты не издашь ни звука, — предупредил Майкл упрямицу.

— Ни единого звука, — поклялась Эбби.

Он кинул на Свэнна вопрошающий взгляд. Лейтенант молча кивнул в знак согласия и затушил свою неизменную сигарету.

Должно быть, я сошел с ума, подумал Майкл.

Если бы Альфреду Хичкоку понравился темный обшарпанный лифт в доме, где жила Эбби, то кладбище заставило бы замереть Короля ужасов — оно расположилось между двумя барами и закрытым кегельбаном, запущенное, унылое место, с редко посаженными чахлыми деревьями, потрескавшимися надгробными плитами.

Этот богом забытый погост давно никто не посещал, кроме таких же брошенных бродячих собак…

В этот поздний летний вечер улицы были пустынны, ни живой души. Но Эбби не слишком тревожилась. Хотя одна бы она не решилась сюда пойти.

Майкл на старой разбитой машине Свэнна проехал через полуоткрытые ворота кладбища. Эбби притаилась на заднем сиденье. Ее постепенно начала охватывать тревога.

Возможно, Майкл и был прав: не женское это дело — выслеживать преступников. Ей вдруг захотелось оказаться в уютном номере комфортабельного отеля, но тут же Эбби стало стыдно.

Майкл остановил машину под одним из самых больших деревьев. К ним приблизилась тень.

— Hola, amigo! (Привет, дружище!)

Молодой латиноамериканец наклонился к окну машины. Эбби видела блестящие черные волосы и темные глаза, красивое самодовольное лицо юноши.