Любовь и риск

И сердце ее упало в какую-то бездонную пропасть.

Разбивая яйца, одно за другим, Эбби включила тостер. Ей было самой забавно наблюдать, как пробуждались в ней первородные материнские инстинкты. Ничто так не преображает женщину, как стремление позаботиться о мужчине, когда он болен, или у него неприятности.

Все, чего она хотела, когда увидела счастливую улыбку на лице Майкла, — это прижать его к себе и взъерошить густые волосы.

Тост выскочил из тостера, напугав ее. Она достала масло и смазала ломтик. Она все делает правильно.

Древний, добрый материнский инстинкт — спасибо ему. Но, приготавливая незатейливый завтрак, она снова и снова воскрешала в памяти его вчерашний поцелуй, до тех пор пока не осознала, что в нем было нечто большее…

Войдя утром в комнату, чтобы разбудить своего гостя, Эбби невольно залюбовалась спящим Майклом, его мужественным лицом, освещенным неярким утренним светом.

Эбби ничего не могла поделать с собой, ее разумные доводы разбились вдребезги. Она вся горела от бушующей в ней неподдельной страсти, ее кожа хранила тепло его прикосновений, сердце учащенно билось.

Она ощутила вдруг острую боль в груди от дурного предчувствия.

Майкл стоял в дверях, посвежевший после душа, его лучистые глаза светились… Ее сердце опять сладко замерло. Она молчала, глядя на него. Это превосходный способ, как ей казалось, потушить пламя: запомнить черты его лица, словно это была драгоценная карта, указывающая на тайник, где хранились несметные сокровища.

— Садись за стол, — пригласила она, а сама повернулась к шкафу, чтобы достать кофе.

 — Я должна выпить чашку очень крепкого кофе, чтобы обрести уверенность. Хочешь немного?

— Спасибо. Ты всегда работаешь по вечерам?

— Ты имеешь в виду, всегда ли я так очаровательна по утрам? — пошутила она. — Да. Меня даже прозвали за мой цветущий вид Анастасия-гунн.

Майкл ухмыльнулся, принимая из ее рук чашку кофе.

— Не спорю, тогда я тоже не удивил тебя. Мой коллега говорит, что по утрам мой угрюмый вид внушает ему опасения, так что до десяти он даже не может разговаривать со мной.

— Кажется, я понимаю твоего коллегу… но не скажу, почему.

— Анастасия? — удивился Майкл.

— Это мое полное имя.

Улыбнувшись, она покачала головой.

— В честь жены одного фермера, выращивающего помидоры. Ирландская традиция требует, чтобы первую дочь называли в честь бабушки по материнской линии. А моя мамочка весьма старомодная леди.

— Прекрасное имя. Но как из него получилось Эбби?

— Это все мой брат Томми.