Любовь-морковь и третий лишний

Бывшая акушерка чуть не заболела, пытаясь придумать, как стать участницей необычайного события, и тут ей в голову пришла очень простая, но замечательная мысль: надо попросить приглашение у Тины.

Нового адреса Бурской Зинаида Самуиловна не знала, да он ей и не был нужен. Вечером, после спектакля, бывшая акушерка встала у служебного входа театра «Лео» и дождалась приму. Та выпорхнула в сопровождении группы людей.

– Валечка! – крикнула Зинаида.

– Тебе, детка, можешь ко мне подойти?

Тина приблизилась к Зинаиде, за спиной Бурской маячил огромный мужик с мутным взглядом снулой рыбы.

– Какая ты красавица стала и талантливая, я всякий раз восхищаюсь, глядя на тебя.

Рот Тины растянула протокольная улыбка.

– Огромное спасибо, я работаю для вас, зрителей, мне очень важна оценка моего скромного труда. Хотите автограф?

Зинаида Самуиловна вынула тетрадочку.

– Да, конечно, но вообще-то я думала попросить пригласительный на спектакль по поводу твоего дня рождения.

Продолжая сверкать наклеенной улыбкой, Тина быстро поставила на чистой странице загогулину и мотнула идеально уложенной головой.

– Увы, представление будет лишь для своих, версию для зрителей покажут по телевизору.

– Да, и очень хорошо, более того, даже дружили, вернее, я тесно общалась с Тоней, твоей мамой и, конечно, помню тебя еще девочкой.

– Вы кто? – изменив вежливо-официальный тон на человеческий, спросила актриса.

– Время никого не красит, – вздохнула Зинаида.

– Тина, – прозвучало из машины, куда сели спутники примы, – долго еще?

– Сейчас! – крикнула та, и велела Зине:

– Назовите свое имя.

– Зинаида Самуиловна, ваша соседка по старому дому, акушерка.

Тина вздрогнула, улыбка мгновенно слетела с ее лица.

– Деточка, мы с тобой…

– Ничего слышать не желаю!

– Костя, – заорала Тина, – кто чья охрана? Отчего ты стоишь, мух считаешь, ко мне сумасшедшие привязываются, а он в облаках витает!

Гора мышц быстро оттеснила Зинаиду в сторону.

– Милая, – попыталась все же достучаться до сердца актрисы Зинаида, – билетик…

Тина, успевшая добежать до шикарной иномарки, обернулась и велела «горилле»:

– Дай этой попрошайке чуток.

Охранник вытащил из кармана тысячу рублей.

– Держи, бабка, – прохрипел он, – но чтоб я тебя больше тут не видел. Знаю вас, прощелыг, один раз получите и снова на хлебное место опрометью бежите.