Любовь в заказе не значится

Игорь по-прежнему был в квартире. В тонких домашних штанах, которые на его крепкой заднице сидели так низко, что хотелось укусить выступающие косые мышцы и по-хозяйски забраться под резинку.

Но вместо того, чтобы как нормальный бизнесмен с целой IT-империей сидеть, уткнувшись в ноутбук, или глотать кофе с телефоном у уха, он ворочал что-то на сковороде и тихо насвистывал себе под нос прилипчивую мелодию.

- Ты точно реальный? - нисколько не смущаясь своей наготы, Ольга подошла поближе и прижалась виском к дверному косяку.

- Привет. Жрать хочу зверски. Ты случайно не знаешь, почему? - он окинул ее оценивающим взглядом и хитро, с уже знакомым Власовой прищуром, усмехнулся.

- А где повара, горничные, официанты? - Ольга ни за что бы ему не призналась, но этот вид с лопаткой в руках возбудил ее сильнее, чем вчерашний в дорогом костюме. - У тебя что, прислуги нет?

- Три этажа, - Варшавский открыл шкафчик с посудой.

- Я с голыми женщинами серьезно не разговариваю, - он разложил содержимое сковородки по двум тарелкам и переставил их на стол.

- Даже познакомиться нормально не успели, а уже командует. Мужчина! - с показной обидой бросила она, но все же развернулась в сторону спальни.

- И поживее! А то забуду, что голодный, а потом придется греть, - донеслось все тем же командным тоном в спину, и Ольгу словно теплым ветром обдало.

Все же он был нереальный. Хороший секс, приготовленный своими руками завтрак, намек на то, что не прочь продолжить ночные подвиги… Где-то в этой бочке меда должен быть деготь. Много! Чтобы как у всех - хлебнуть, и отвернуло навсегда с первой ложки.

Единственный минус, о котором удалось узнать - отказ в поцелуях - не тянул даже на пипетку того самого дегтя. Он скорее был усилителем вкуса, вызовом, на который хотелось поддаться и научить-таки этого упрямого чурбана целоваться до звезд из глаз.

Первый раз в жизни ее профессиональный нюх молчал. Как натасканная на героин овчарка, Ольга пыталась почувствовать аромат отравы, которой за много лет сама пропиталась насквозь, и ничего не понимала.

«Чисто», - единственный ответ, крутившийся в голове.

«Чисто-чисто-чисто!» - звенели тревожные колокольчики, и наперекор дикому, незнакомому желанию остаться, мозг настойчиво требовал поскорее уйти.