Любовь в заказе не значится

О Лобанове и его предупреждении, о «приятной» встрече в кабинете главреда и об аресте, о разговоре со следователем и уверенности Игоря. Во время рассказа выражение лица Розы постоянно менялось. Вначале на нем отражалась злость, потом растерянность, после сочувствие.

- Вот же ублюдки! - не сдержалась после рассказа подруга.

Согласно кивая, Ольга захрустела огурцом.

- Чужими руками делишки свои обтяпали и красавцы! - Роза покосилась на коробки. - Да после такого никакую машину не жалко. Я бы и свою отдала, если бы этому трусу Панину было мало.

- Нет, если что, я бы с его женой сторговалась. Она своего благоверного быстро в бараний рог скрутила бы.

- Это да. Рога как раз у него уже есть. - Роза ухмыльнулась. - Но печатать ты где это будешь? Сразу с такой бомбой тебе вряд ли на новом месте дадут развернуться. А у нас… не получится.

- А я и не собираюсь, - Ольга снова потянулась за огурцом. - Со знакомым из Москвы договорились, Ромой Воиновым.

- Это который бывший военкор?

- Он самый. Воинову к таким историям не привыкать.

Ославит на всю страну как надо. У него и у его издательства никто пока ещё судов не выиграл. А у наших и подавно ничего не выйдет - времени на это не будет.

- Панин сказал… лет десять.

Роза открутила крышку с бутылки, разлила водку по рюмкам и, не чокаясь, выпила свою.

- Ну ты и сучка, Власова! - закусила огурцом. - Временами дура, но иногда страшно умная!

- Спасибо за комплимент.

Ольга глянула на свою рюмку, но пить не стала. Пока было нельзя.

- Ладно, - Роза тряхнула кудряшками.

- Хрен с ними, с нашими боссами. Раз у тебя приступ гениальности, скажи лучше, как ты Ромео возвращать будешь. Тебе ведь без него не жить. Или ошибаюсь?

Вместо ответа Ольга покачала головой.

- Блин, - Роза пожевала нижнюю губу, - а если Игорь не простит? Мужики, они ведь слепнут и глохнут, когда вопросы касаются их бизнеса.

Все те же не поддающиеся никакому контролю эмоции заставили уголки губ Ольги растянуться в стороны. В последние дни ей хватало одного только его имени или фамилии, чтобы на лице расцветала глуповатая улыбка.

Не важно было даже, с радостью он упоминался или с грустью.

Сегодня вечером к этому ненормальному счастью добавилась ещё нотка волнения. Забытого, заставляющего сердце замирать, а потом в сумасшедшем ритме биться о грудную клетку.

- Что-то мне подсказывает, что ему придётся меня простить и забрать к себе обратно, - она ласково погладила циферблат своих наручных часов.

- Ты говоришь загадками, - нахмурилась Роза.