Любовник леди Софии

Как только они вернулись в город, Росс тотчас отправился в суд, располагавшийся в доме номер три по Боу-стрит. До отъезда главного судьи в Силверхилл-Парк сэр Грант согласился временно, на три дня, поселиться в его кабинете, и поэтому сейчас, когда над Лондоном уже опустился вечер, там еще горел огонь. Услышав, как Росс переступил порог кабинета, Морган поднял голову и облегченно вздохнул:

— Слава Богу, вы вернулись!

— Ну как, надеюсь, не слишком устали? — осведомился Росс, глядя на коллегу с лукавой улыбкой.

Руки он по-прежнему держал глубоко в карманах. — Все спокойно или было что-то из ряда вон выходяшее?

— Нет, все как обычно. — Морган устало потер глаза кончиками пальцев. — Мы выдали десять ордеров на арест, изловили одного дезертира и провели расследование убийства на одной из воровских квартир восточнее рынка Ковент-Гарден. Одно обидно — мы потеряли время, расследуя побег трески из рыбной лавки Лэннигана.

— Что-что?! Чей побег?

Несмотря на всю свою усталость, Морган невольно улыбнулся:

— Судя по всему, парень по имени Дикки Слоупер воспылал особой любовью к одной рыбине в лавке Лэннигана.

Так вот, он незаметно подцепил ее крючком за жабры, а другой конец лески обмотал вокруг пуговицы на некоем — не будем его называть — предмете своего гардероба. После чего как ни в чем не бывало вышел из лавки. Надо полагать, что владелец не на шутку переполошился, когда увидел, как одна рыбина прямо у него на глазах соскочила с прилавка и сама по себе, без посторонней помощи, направилась, если можно так выразиться, к выходу. Когда же этого ловкача Дикки поймали, парень клялся и божился, что ни в чем не виноват и что рыба последовала за ним по своему рыбьему желанию.

— Ну и как, Лэнниган настаивал на свершении правосудия? — поинтересовался он у Моргана.

— Нет, поскольку рыбина в целости и сохранности была возвращена в лавку, Лэнниган удовлетворился тем, что Дикки просидел ночь у нас в карцере.

Росс посмотрел на коллегу с довольной улыбкой:

— Что ж, такое впечатление, что на Боу-стрит вполне могут обходиться и без меня.

В ответ на это полное оптимизма замечание заместитель одарил главного судью скептическим взглядом:

— Посмотрим, что вы скажете, когда увидите, какая кипа бумаг скопилась на вашем столе. Боюсь, что я утону в ней по самые уши. Вроде бы я делал все, что в моих силах, но эта гора только и знает, что продолжает расти. Ну а коль вы вернулись, то я имею честь откланяться и удалиться домой.