Нет ли у вас знакомой, смахивающей на Луизу? Этакой приятной с виду тетеньки, которая в глаза отпускает слащавые комплименты, а за спиной фонтанирует гадостями? Ну, теперь француженка поостережется вслух рассуждать про «обезьян из России». И очень надеюсь, что она закатит мужу вселенский скандал. На что спорим: Жак решил сэкономить и подарил супруге эрзац-брюлик, выдав его за раритетный алмаз!
Продолжая кипеть от негодования, я подошла к двери своего номера и начала искать ключ. Не знаю, как у вас, а у меня в любой сумке царит беспорядок.
Я безуспешно пошарила в основном отделении, потом присела на корточки и вытряхнула прямо на пол содержимое сумочки. Губная помада, зеркальце, расческа, упаковка бумажных платков, мобильный, таблетки от головной боли, несколько смятых фантиков, невидимки, резиночка для денег, кошелек и шоколадка, на обложке которой было русское название «Маруся». На секунду меня охватило удивление. Я не ем молочный шоколад, предпочитаю горький, где содержание какао-бобов не менее восьмидесяти пяти процентов.
И правильно ли называть «Марусю» шоколадкой? Это батончик из суфле, облитого глазурью. Сейчас на российском рынке огромное количество всяких лакомств, которые хлынули в наши магазины из-за рубежа. Нет числа всяким там трюфелям с кокосовой крошкой, арахисом и прочими дешевыми наполнителями. Как ни странно, но до начала девяностых советские люди ели лишь высококачественные конфеты. Да, ассортимент был небольшим, приобрести даже простенький набор «Ассорти» можно было, выстояв в огромной очереди.
Но советские фабрики «Рот Фронт» и «имени Бабаева» никогда не пользовались дешевым арахисом, употребляли лишь миндаль, грецкие и кедровые орехи и не добавляли сою в шоколад. Да, были в продаже соевые батончики, но их никто не выдавал за какао-бобы. «Ударница» готовила зефир и пастилу с агар-агаром, а не с синтетическими загустителями, «Большевик» клал в тесто для тортов высококачественное сливочное масло, при виде маргарина там презрительно фыркали.
Да, я до сих пор помню названия тортов моей юности: «Сказка», «Трюфель», «Ленинградский», «Абрикотин», «Подарочный». Ассортимент не менялся десятилетиями, но качество всегда было наилучшим. Вафли в «Мишках косолапых» хрустели, орешки в «Белочке» были свежими, «Каракум» таял во рту.
Попробовав в конце двадцатого века разнообразные «ненашенские» сласти, я пришла к выводу, что российские конфеты лучшие, и теперь покупаю только их.
