Люди крепче стен

Подняв трубку, командующий армией произнес:

— Сейчас с вами будет говорить товарищ Иванов, — услышал он приятный голос телефонистки, — оставайтесь на связи.

Псевдонимом Иванов представлялся Верховный главнокомандующий товарищ Сталин. Невольно, как если бы Иосиф Виссарионович перешагнул порог наблюдательного пункта, командарм распрямился и посмотрел на связистов, сидевших с рацией в самом углу комнаты.

Как и всякий командующий армией, Василий Чуйков имел личную радиостанцию, которая находилась при нем практически повсеместно.

Вещь удобная, в некоторых случаях даже незаменимая, но всегда существовал риск, что эфир может прослушиваться неприятелем. Иное дело проводные телефоны, которые невозможно запеленговать и которые позволяют скрытно управлять войсками. Правда, провода весьма уязвимы, и немцы, зная об особенностях советской связи, в первую очередь старались бить по телеграфным столбам, чтобы лишить командующих и командиров крупных подразделений возможности эффективно руководить войсками на поле боя.

— Здравствуйте, товарищ Чуйков. Доложите обстановку.

— Здравия желаю, товарищ… Иванов.

Иосиф Виссарионович не доверял даже высокочастотной связи, полагая, что его может прослушивать противник, несмотря на все заверения специалистов в надежности ВЧ, а потому всегда скрывал свою личность под псевдонимом, среди которых Иванов была наиболее частой.

— Город почти полностью очищен от противника. Остатки гарнизона оттеснены в Цитадель.

По предварительным данным, в крепостях Цитадели находятся около двенадцати тысяч солдат. Штурм Цитадели и ее главной крепости «Виняры» намечен на завтра после усиленной артподготовки.

— Расскажите мне, товарищ Чуйков, как показали себя крупнокалиберные реактивные снаряды «М-31». Товарищ Жуков мне сказал, что именно вашей армии передали опытные образцы.

Вопрос был неожиданным. Командарм Чуйков готовился доложить о предстоящем штурме крепости Цитадель, которая, как ему было известно, весьма интересовала товарища Сталина.

В какой-то степени, ведь именно город-крепость Познань являлся ключом к Берлину. С другой стороны, в этом вопросе не было ничего удивительного: товарищ Сталин всегда вникал в малейшие детали любого дела, будь то тактика ведения боя, новейшее вооружение или питание бойцов. А такой вопрос, как испытание реактивных снарядов «М-31», не мог пройти мимо его внимания.