Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

 — Чего тебе надобно-то, старче? Ради какой сомнительной авантюры я на этот раз отвлеклась от горячо любимой работы?

— Вот не надо, а? — Юльча возвела глаза к потолку, лихо спрыгивая с моего старого диванчика, застеленного новым красно-синим покрывалом. — Твоя любимая работа уже как неделю благополучно закрылась на ремонт, а все детки снова свалились на головы не успевших отдохнуть от них нянек. А это так. Халтурка!

— Вот не надо мне тут! — справедливо возмутилась я, и, для пущей убедительности, обернувшись, даже постучала ногтем по монитору, на котором красовался очередной обнаженный мужской торс — обложка для электронной версии современного любовного романа.

Поправка: не мною написанного. — За эту халтурку, как ты ее называешь, в месяц набегает неплохая сумма. Ты же знаешь, как они популярны сейчас.

— М-да, — подойдя поближе, опираясь на край стола, выдала вердикт подруга, рассмотрев вблизи мое так называемое творчество.

 — И это сейчас в моде? Не знаю, что там в содержании… Но глядя на такую обложку, я к книге и на километр не подошла бы.

— Это ты сейчас меня раскритиковала или современных авторов? — моментально прищурилась я. И, не сдержавшись, прыснула, прекрасно зная, что не обо мне речь шла. — Я сама не в восторге. Но кто платит, тот и музыку заказывает. В конце концов, мне не сложно найти самый красивый торс во всем интернете, конечно же, с самыми отчетливыми кубиками, и никак иначе.

И так каждый раз.

— У тебя двойные стандарты, ты в курсе? — нагло стащив мою кружку с недопитым чаем, констатировала Юльча, так и выпрашивая получить от меня по тому месту, который козырек кепки прикрывает. — Ты же не любишь, когда деньги решают все.

— Я и свою работу не люблю, точнее, некоторые ее моменты, — пожала я плечами, не видя в предъявленных обвинениях ничего страшно обидного для себя.

 — Но без нее не будет средств даже на покупку этого самого чая, на который ты забегаешь время от времени. Да и куда забегать, к слову, тоже не будет — отберут квартиру за неуплату коммуналки. Так что… я всего лишь скромный реалист, готовый пойти на мировое соглашение с собственной совестью и поступиться некоторыми принципами ради банального выживания в реалиях современного мира.