Лизавета, или Мери Поппинс для олигарха

Мы, хоть и чувствовали себя навеселе после коктейлей, которые потягивали целый час, впадать в буйство вовсе не собирались. Да и ребята оказались на редкость приличными. Они не отпускали пошлых шуточек, не распускали руки, даже когда учили нас играть в бильярд, ни на что не намекали, и не лезли в личное пространство. Они шутили, мы смеялись, два стола как-то вдруг оказались сдвинуты, и уже в большой компании мы неплохо проводили время…

Естественно, без приключений не могло не обойтись. Ну, как это, ось травматизма в моем лице, да еще после легкого алкоголя, да еще и без происшествий? Такое возможно только в параллельной вселенной!

За бесконечными, не стихающими рассказами парней об их прошлой студенческой жизни, под общий громовой хохот, я умудрилась совсем расслабиться.

Ядреная жидкость мигом обожгла губы, рот, гортань и фонтаном чуть не хлынула обратно!

— Лизка, блин!! — подруга, сидящая напротив меня аж подскочила, в то время, как парни, успев только удивиться, моментально попадали от смеха кто куда.

Думаете, я сама этого не поняла?! Да у меня слезы хлынули из глаз! Сразу после того, как эти глаза чуть не выпали!!

— Во дает, — расхохотавшись, один из парней, Ярослав, торопливо подсунул мне стакан с колой. — Кто ж так вискарь пьет-то? Его мешать надо, там градусов, как в водке!

— Да не пьет она его, — пока я тщетно пыталась прокашляться и восстановить дыхание, пояснила подруга, сердито пихая Вадика локтем в бок, чтобы тот перестал ржать.

— Жить буду, — с трудом просипела я, отодвигая стул, пытаясь вылезти из-за стола. На языке стоял противный привкус самогонки, которую я хлебнула еще в детстве, схватив первую попавшуюся стопку со стола во время семейного праздника, желудок сжимался в конвульсиях, а горло драло самым зверским образом.

И, не добавив ничего больше, явно побледнев, стремительно кинулась за дверь, зажимая рот ладонью, под громовой хохот изрядно развеселившихся парней.

Вниз я неслась со скоростью урагана, судорожно цепляясь за перила, боясь упасть с достаточно крутых ступеней. Но еще больше я боялась, что меня вывернет наизнанку до того, как я добегу до уборной.