Между тем именно с ней Богун разговаривал накануне увольнения. Нельзя, нельзя было уезжать, ничего от нее не добившись!.. Но вокруг уже снова грохотало, пылило, взвизгивало, и бодрые люди в спецовках уносили фикусы, обняв горшки, словно толстеньких детей.
Сергей зашел в первое попавшееся кафе, убедился, что столики находятся на достаточном расстоянии друг от друга, и занял место в глубине зала. Он терпеть не мог, когда рядом с ним ели посторонние. В последний раз Маша повела его в знаменитый московский ресторан, где разговоры соседей доносились до Бабкина так явственно, словно происходили у него в тарелке.
Ужин был испорчен.
Маша утверждала, что это подражание парижанам, но Сергей был убежден, что дело в заурядной жадности владельцев.
Дожидаясь, пока принесут заказ, он вновь открыл на телефоне фотографию Богуна номер два. Достал блокнот и записал то, что услышал в «Радиусе»: возил грузы, имел хорошую репутацию, затем исчез.
«Обстоятельства увольнения» – знак вопроса.
«Место нахождения» – знак вопроса.
«Настоящее имя», – вывел он. Знак вопроса.
«Пересечение с первым Богуном». То же самое."
"Итак, в Казани добросовестно трудился один Богун, в Москве оказался другой. Однако во время пути лошадка могла подрасти, изменить масть и возраст. Богун казанский выглядел старше, чем московский.
Перед ним поставили шурпу из баранины. Сергей, собиравшийся отдать должное местной кухне, съел ее, не заметив вкуса.
Перспектива вырисовывалась безрадостная. Он предчувствовал, что с девушкой Леной добьется успеха не больше, чем с Инной Даладзе.
Может быть, местный Богун тоже крутил роман с коллегой? И так же, как тот, второй, предупредил бывшую подружку, чтобы она не смела распространяться о нем?
Григории зеркально отражались один в другом. Сходство не могло не удручать, потому что для Сергея оно означало провал. Продолжать окучивать «Радиус» – вот самый логичный путь. Но чертова компания переехала. Допустим, найти их новый офис – пара пустяков… Однако завтра идти к ним бессмысленно, нужно выждать, пока все устроятся на новом месте.
К людям, которые сидят на телеге в обнимку со скарбом, нехорошо приставать с расспросами.
«Итак, – думал он, – перспектива…»
Перевернул страницу и написал: «Зеленец».
В гостях у Харламовых Бабкин не просто таскался за Варвариным женихом; он подбирал обрывки информации, как мышь подбирает крошки, упавшие со стола. Все выпавшее из Григория Сергей тащил в свою норку.
Запасы были скудны.
