Чтобы не кис со своей толстухой!
– Поэтому вы обрызгали Шеломова своими духами, – сказал Илюшин. – Чтобы жена учуяла аромат, устроила скандал и выставила его. Тогда он наконец-то ушел бы к вам.
Видимо, голос его все-таки прозвучал странно, несмотря на все старания, потому что женщина притихла.
– Ну, не то чтобы так уж… – без прежнего напора сказала она. – Мы с ним поссорились перед его уходом. Я взяла да в шутку попшикала на него. В шутку! Просто так! А чего он мне мозги крутить решил! – Анна снова начала распаляться.
– То «кисуля-люблю-не-могу», то «извини, я пошел к жене»! Да катись ты тогда!
Она пнула соседнюю табуретку. Макар поймал ее и отодвинул в сторону.
– Что это были за духи?
– Теперь-то какая разница? Мои духи! Обычные!
Он молча смотрел на нее, и под этим взглядом Анна отчего-то поднялась, ворча себе под нос, что не нанималась тут… может, еще белье тебе показать… любопытные все такие, слов нет… Прошла в комнату и вернулась с флаконом.
Это была дешевая туалетная вода в кричаще-розовом пузырьке под желтой пластиковой крышкой.
Женщина настороженно наблюдала, как сыщик снимает крышку и принюхивается.
Он на секунду закрыл глаза. Мощная химическая сладость и яблоко… Плоский, вульгарный запах, похожий на туалетный освежитель. Ничего общего с тем, который ему доставили сегодня в пять утра.
– Клевый, да? – сказала Анна. – Я тебе точно говорю: жена учуяла, что от него чужой бабой пахнет. И ударила его. Кулаком.
– Камнем.
– Да фигня это все! Ты ее кулачище видел? Не женщина, а мать-героиня!
Все сложилось.
Макар по-прежнему не знал, за чьей маской скрывается настоящее лицо Хроникера. Но он выяснил, почему Хроникер убивал и почему именно смерть Шеломова подтолкнула его к тому, чтобы написать книгу.
Анна все говорила, доказывала ему что-то. Илюшин мог бы сказать, что ее дешевая уловка с духами и стала причиной смерти Шеломова. Но решил, что это ненужная жестокость.
Он был прав, тысячу раз прав. Его умозаключение, к которому он пришел логически – что в день смерти от штукатура резко пахло женскими духами, – подтвердилось.
У Илюшина была версия, что Шеломов собирался подарить духи жене или любовнице и слишком сильно обрызгал себя в магазине. Все оказалось проще.
– Спасибо, Анна, вы мне очень помогли.
С этими словами он поднялся.
– Эй, ты чего это! Куда собрался-то? Ты за этим приходил?
– Да, – сказал Макар и вышел из прокуренной комнаты, сопровождаемый сперва недоуменными, а затем гневными вопросами.
