Лягушка Баскервилей

– Вы просто супершпион! – восхитилась я.

– Зинки боюсь, – вздохнула Раиса. – Она хоть и уволилась, на пенсию ушла, да небось с Еленой Николаевной перезванивается. И семена ее ядовитые тут изредка появляются, но… Ладно, потом объясню.

Я хотела поинтересоваться, кто такая Зинка и отчего Раиса съеживается при одном упоминании имени женщины, но тут из самого дальнего окна первого этажа высунулась тощая особа в белом колпаке и незамедлительно заорала:

– Райка, хорош бухтеть! Все уши человеку забила! Эй, женщина, идите обедать!

Я кивнула и отправилась на зов.

Столовая оказалась не по-больничному уютной, на столах неожиданно лежали скатерти, летний ветерок колыхал накрахмаленные занавески, и пахло тут не щами из протухшей кислой капусты, а свежей выпечкой.

– Уж извиняйте, что грубо окликнула, – захлопотала повариха, неся мне тарелку с булками. – Райка у нас страшная болтушка, так мозг загрузит, что потом навсегда соображать перестанешь. Несет невесть чего! Последнее время про инопланетян толкует: дескать, они с нами, притворяются нормальными людьми, а в сущности, с других планет.

Раньше про привидения бубнила, ходила и под нос ворчала: «Мертвые возвращаются. Ох и отомстят они! Всем!»

Под неумолчную болтовню приветливой тетки я слопала потрясающе воздушную выпечку и выпила хорошо заваренный чай.

– Может, супчику? – радушно предложила повариха. – Да вы не стесняйтесь, никого не объедите.

– Очень вкусно, – совершенно честно похвалила я стряпню, – только суп уже не влезет.

– Да ладно вам! – беззлобно фыркнула баба. – Вон у нас Сергеев живет, целый день в себя хавку укладывает и, че интересно, тощим остается, ну вроде меня, килька в обмороке. Только, думается, это лучше, чем жирами трясти…

Через полтора часа я получила номер в гостинице с гордым названием «Царская», включила погромче телевизор и, убедившись, что не привлекаю к себе чужого внимания, выскользнула через черный ход наружу."

"Заблудиться в Добротееве оказалось невозможно, чья-то хозяйственная рука установила в городе таблички с надписями: «Монастырь – 2 км», «Первомайская, Музей быта – 300 м», «Обрыв Катерины – 3 км».

Похоже, местечко жило за счет экскурсантов. Пока я брела до нужной магистрали, мне попалось штук пять автобусов, в окнах которых виднелись аккуратно причесанные старушки и жилистые дедушки. Очевидно, немецкие пенсионеры, большие любители зарубежных поездок, включили Добротеево в план своих путешествий.