Онлайн-библиотека книг
– Найдется ли у вас свободная минутка, чтобы поговорить? Речь идет о Розалии и Павле Майковых, – сказала я.
Ответа не последовало, из трубки раздавалось лишь тяжелое сопение.
– Таня!
– Аюшки?
– Вы не поняли?
– Чего?
– Мне необходимо с вами встретиться. Поговорить о Павле и Нелли Семеновне Майковых.
– Так они померли.
– Правильно, теперь следует установить убийцу.
– Вы че, из милиции?
– Да, – лихо соврала я, – следователь по особо важным делам Дарья Васильева.
– Матерь Божья! Куда ж переть? Далеко? Не хотела сегодня выходить! – зачастила Таня.
– Могу сама к вам заглянуть.
— Ну… нет!
– Почему?
В трубке снова зашуршало, потом Таня трагическим шепотом заявила:
– Соседи у меня… Заявитесь в мундире с автоматом – потом сплетен не оберусь, языки до кровавых мозолей дочешут.
– Я не ношу форму и оружие, выгляжу как обычная женщина.
– Не! У нас тут Валька семь раз сидел, он живо ментовку вычислит и мне красивую жизнь устроит!
– Хорошо, встретимся в кафе.
– Там дорого.
– Я заплачу.
– Не! Не надо.
– Ладно, предлагайте место сами.
– У аттракционов, – выпалила Таня, – в центре, в Парке культуры. Слыхали про такой?
– Конечно, я коренная москвичка.
– В главные ворота входи, – деловито начала объяснять дорогу к нужному месту Таня. – Тама фонтан есть, обойдешь его справа, аллейку увидишь – на первую лавку сядь да в руки «Желтуху» возьми. Ты как выглядишь?
– Невысокая блондинка в голубых джинсах и майке с нарисованными собачками.
– А я жердь немереная, – рассмеялась Татьяна. – Рост метр восемьдесят пять, волосы рыжие.
Домработница Майковых на самом деле выглядела баскетболисткой.
– Сижу тут полчаса, – упрекнула она меня. Я постучала пальцем по стеклу часов:
– Опоздала на пять минут.
– Так я раньше прибегла.
– Но это не моя вина!
— Вот Нелли Семеновна постоянно говорила: «Лучше приди вперед, задерживаться некрасиво».
– Вы любили хозяйку? – решила я сразу брать быка за рога.
Татьяна скривилась:
– Че она мне, мать? Деньги плачены – работаю. Зарплата хорошая была, тут не поспоришь.
– Это кто такая? – живо отреагировала я на новое имя.
– Нила? – скривилась Таня.
