Упоминать Чэн Цяня не было необходимости. Только Хань Юань остался такой же обузой для своих старших братьев и бессердечно уничтожил каждое птичье гнездо вокруг Традиционного зала.
Каждый день Янь Чжэнмина запирали в Традиционном зале, где он угрюмо [1] практиковался в изготовлении амулетов. Чэн Цянь или делал домашнее задание рядом с ним, или помогал учителю подрезать цветы и траву. Похоже, мастер планировал компенсировать ему любовь, которой Чэн Цяню не хватало в прошлые годы. Он всегда оставлял для него лакомства, которые нравились детям, и пока Янь Чжэнмин обиженно выводил линии на дереве, учитель намеренно просил Чэн Цяня сделать перерыв и рассказать ему несколько необычных народных сказок.
[1] — буквально, сидел с темными облаками над головой.
Янь Чжэнмин порой чувствовал, что этот маленький ребенок находился здесь только для того, чтобы конкурировать с ним за любовь учителя. Тем не менее, нельзя было отрицать, что, благодаря влиянию Чэн Цяня и его присутствию рядом, Янь Чжэнмин мог просидеть за делом немного дольше обычного.
Янь Чжэнмин сильно изумился, когда сегодняшний песок в часах закончился, а его руки онемели. Впервые он ощутил таинственную силу, возникшую от трения резчика о дерево.
«Сконцентрируйся. Собери энергию Ци в своем теле», — прозвучал в его голове хриплый голос. — «Великое — оно в бесконечном движении. Находящееся в бесконечном движении не достигает предела. Не достигая предела, оно возвращается к своему истоку… Оно повсюду действует и не имеет преград…»"
"Чэн Цянь сумел оценить ситуацию.
Он встал и непроизвольно отступил назад, прежде чем учитель попросил его об этом. В то же время он почувствовал, как неясный поток воздуха окутал его тело, а затем перетек внутрь первого старшего брата, будто река, впадающая в море.
Это была его первая встреча с подземным пространством угнетенного мира. Чэн Цянь понятия не имел, что чувствовал Янь Чжэнмин, но тоже услышал нечеткий голос. Прямо сейчас солнце перекатилось на другую сторону горы Фуяо, смутно различимое эхо достигло каждого уголка, наполненного духовной энергией.
Бесчисленное множество голосов сплетались в один, вызывая в Чэн Цяне странные чувства. Они звучали так, будто далекое прошлое и туманное будущее перешептывались друг с другом через призму настоящего. Он отчаянно пытался разобрать, о чем они говорят, но слова мягко текли мимо него, как зыбучие пески в реке времени.
Чэн Цянь оказался практически одержим.
