Люби меня вечно

Любовные отношения еще были для нее внове, а он предстал перед ней во всем своем мужском великолепии.

— Другого выбора и нет, Ким, кто бы об этом ни услышал. Но я все еще не получил от тебя согласия выйти за меня замуж и не уйду отсюда, пока ты мне его не дашь.

Это вывело ее из состояния шока.

— Да, выйду! И надеюсь, ты доволен, — потому что потом радоваться тебе будет нечему. Когда мой отец узнает…

— Я с ним сам поговорю, милочка, не тревожься, — ответил он совершенно невозмутимо.

Кимберли начала было объяснять Лахлану, что иметь дело ему придется не просто с возмущенным отцом, а с человеком, глубоко предубежденным, но была слишком зла, чтобы пускаться в подробные объяснения.

Она его предупредила. Если он предпочитает не принимать ее слова всерьез…

— Знаешь, Ким, — добавил он, отыскав свою одежду и начав одеваться, — сдается мне, что теперь тебе никто не поверит, даже если ты скажешь, что была со мной той ночью, когда украли лошадей. Все подумают, что ты просто пытаешься меня защитить.

Похоже, теперь у нас нет другого выхода, как только найти настоящего вора.

Она кипела от возмущения и не стала ничего отвечать. Ей хотелось как можно скорее выдворить его из своей комнаты, чтобы в одиночестве горевать о своей злой судьбе. Но ее взгляд ясно сказал ему, что никаких «нас» она не принимает.

К ее вящей досаде, его выразительный взгляд ответил, что теперь они во всем вместе."

"Когда Лахлан наконец вышел за дверь, в коридоре оказалось всего восемь горничных.

Глава 33

Примерно в полдень герцогиня прислала к Кимберли горничную с приглашением прийти к ней в ее личную гостиную. Кимберли застонала. Да, история о ее позоре очень быстро достигла ушей Меган.

Впрочем, удивляться было нечему. Через несколько минут после ухода Лахлан постучал в стену и заорал:

— Ты ошиблась на двух, милочка! Я насчитал восемь горничных!

Она швырнула в стену книгой, жалея, что не может попасть ему по голове. Она уволит свою горничную, как только та осмелится к ней явиться.

Конечно, Кимберли это уже не поможет, но хотя бы послужит девице уроком — пусть знает, что надо помнить об интересах своих хозяев. Хотя она вряд ли способна это понять.

Кимберли прибыла в герцогские покои вовремя. Она приготовилась пережить самые неловкие и неприятные минуты своей жизни. Она и оделась соответственно — в темное платье, и волновалась так, будто в гостиной мог оказаться отец.