Буквально за две секунды, пока родитель не пришел в себя от моей наглой выходки, поднимаю один костыль и перемещаюсь к Эле.
Малышка тяжело дышит, щечка красная, зрачки расширенные, а мне плевать на всех. Обнимаю ее, прижимаю к себе.
– Я здесь, здесь, – шепчу в волосы слушая первые всхлипы. – Тише, – глажу ее по спине. – Не смейте бить ее! – повернув голову ору на Нику.
– Отойди от сестры, – требует отец, за что в ответ тут же получает средний палец.
Я только крепче прижимаю к себе Элю, чтобы не отобрали и не напугали снова.
Обещал ведь, что все возьму на себя. Я возьму, лишь бы ее не трогали, лишь бы она не плакала. Но Шерро у меня сильная девочка, она давится всхлипами и старается взять себя в руки. Ей больно и обидно. Знаю. Получить по морде от своих всегда неприятно, но это наша реальность. И ладно я, пацан. В морду можно дать мне, я переживу, но бить девочку! А тем более мою!
Чувствую, как от злости у меня раздуваются ноздри. Все мышцы напряжены, тело в боевой готовности. Оно само правильно реагирует на опасность.
Это рефлексы. В сотый раз спасибо за них тренеру.
– Я тебе палец сломаю, – раздается у меня над ухом. – Отойди от Этель, ее никто не тронет.
Быстро целую Элю в макушку, опять ставлю себе за спину, разворачиваясь лицом к отцу. Он немного остыл.
– Дядя Паша, пожалуйста, – Эля выходит из укрытия и встает рядом со мной. – Мы на кладбище у папы были. Артем памятник ему поставил. Я бы никогда не смогла, а он сделал. Простите, что заставили вас волноваться, – смело смотрит ему в глаза.
Отца еще немного отпускает.
– Надо было оставить тебя там, раз ты и правда так страдаешь по своему папаше! Посмотрела бы я, как быстро ты сдохнешь от голода! – бьет ее словами мать.
– НИКА! – рявкает отец. – Уйди в машину! Артем, – переключается на меня, – ты вообще башкой думаешь хоть иногда? – давит родитель. – Эгоистичный засранец! Бабушка пьет успокоительные. Нике вообще нервничать нельзя! Я отправлю тебя сначала в клинику, чтобы починили твою ногу, а потом в самую изолированную школу, откуда ты пойдешь в армию вместо Английского университета! Я предупреждал тебя, сын, – отец отпускает меня и делает пару шагов назад.
– Тебя тоже обязательно накажу, – обращается к Эле. – Твоя мать ждет ребенка, а ты треплешь ей нервы. Не ожидал…
– Ребенка?! – мы синхронно округляем глаза.
– Вы бы узнали, если бы не сбежали из дома. В машину, пока я тебя не прибил! – снова рявкает на меня. – И карту твою я блокирую.
