Окруженная любящими людьми, подаришь им второй шанс на счастье. Даже ему… Я буду наблюдать за тобой, принцесса.
Тогда мне показалась… Что глаза Просвещенного были ослепительно-белыми. Острыми, как у хищной птицы. А по коже расползались… Созвездия.
Глава 14
Странные сны мучили меня недолго и яркий свет от распахнутых окон заставил приоткрыть глаза вскоре после рассвета. Тогда я увидела перед собой Элизабет. Её зелёный взгляд потускнел, веки опухли и лицо немного осунулось, словно она разом постарела на десяток лет.
— Лиз? — тихо спросила я, чувствуя неприятное гудение в голове.
Она застыла, будто не могла до конца поверить в происходящее, а потом… Тоненько вскрикнула:
— Хельга! Хельга, ты проснулась!
В её голосе было так много неподдельного счастья, что я осторожно улыбнулась, потянув свои руки к Элизабет. Объятия девушки показались мне слишком крепкими, даже дышать тяжело! Я… Всё ещё чувствую себя очень слабой.
Как долго длился мой сон?
— Лиз, что-то случилось, пока я спала? — тихо пробормотала, вспоминая визит ночного гостя.
Моя память плыла нестабильными рывками, словно я действительно не до конца пришла в себя.
Элизабет не ответила на вопрос, лишь всхлипнула и проговорила:
— Всё хорошо… Теперь всё точно будет хорошо. Я думала… Я думала, что потеряла тебя, малышка."
"Холодные ладони Лиз обхватили моё лицо. Что-то солёное капнуло на щёку. Я приоткрыла рот, осознавая, что Элизабет снова плачет. Неужели, свершилось нечто дурное? Я заставила всех поволноваться?
— А папа… Папа…
«Где Король Демонов?» — вот, что мне хотелось спросить.
Во сне я будто слышала его далёкий, усталый голос, но не была уверена в том, что это и вправду он…
— Точно, — засуетилась Элизабет, отпуская меня. Она обернулась и громко крикнула:
— Милдред! Срочно сообщи Его Величеству! Принцесса, наконец, проснулась.
Что тогда началось…! В комнату забегали слуги, очень много людей столпилось вокруг меня. Они переговаривались, шумели, а некоторые украдкой вытирали непрошенные слёзы. И смотрят так подобострастно, словно я в одночасье всех здесь спасла…
Но они смолкли, как только в покои вошёл сам Калахарр Вено, мой отец.
Один его нетерпеливый жест — и все посетители испарились. Даже Лиз вышла, уважительно уступая Королю своё место.
Отец… Тоже изменился. Он стал мрачнее и бледнее. Какая-то непостижимая маска скорби застыла на его лице, словно воск. В тот момент я кое-что осознала. На самом деле… Мой сон длился очень долго, верно?
Все эти люди были уверены, что я не проснусь.
