Любимая игрушка Зверя

- Что? – повторяю на автомате.

- Какие напитки предпочитаешь? – хмыкает.

- Покрепче.

Он ухмыляется и отвечает небрежным кивком. Отпускает меня, направляется в сторону бара, но прежде включает музыку. Что-то тяжелое и мрачное, жесткое.

Значит, слушает и слышит. Понимает, если хочет. На мое семейное положение ему плевать, зато в алкоголе не откажет.

Я поднимаюсь, соскальзываю с кушетки и только теперь замечаю, что по пути в логово хищника лишилась обуви. Мои туфли утрачены, как и одежда. Но глупо жалеть об этих мелочах.

Надо выбираться отсюда. Быстро.

Здесь даже окон нет. Везде глухие стены. Подозреваю, через дверь выйти не разрешат. Придется искать другой вариант. Чем скорее, тем лучше.

В объятом отчаянием мозгу зарождается безумная идея.

Но хуже уже не станет. В любом случае. Верно?

Единственный шанс. Второго не светит. Действуй.

Я наклоняюсь и хватаю гантель, прячу за спиной. Тяжелая, зараза. Не успеваю разглядеть вес, обозначенный на ней, но ощущается килограммов на семь, не меньше.

Зверь оборачивается и припечатывает меня взглядом.

Улыбаюсь. Широко. До ушей. Подступаю ближе. Уверенно.

Он явно видит, что я прячу за спиной какой-то предмет, пусть и одной рукой держу, все равно очевидно. Да только не придает этому особого значения. Присаживается у бара, оглядывает бутылки.

- Я хочу вон ту темную, которая в форме черепа, - указываю на одну из самых дальних бутылок, потому как мне нужно, чтобы враг именно туда потянулся. – Если можно.

Зверь выполняет просьбу. Молча.

Без вопросов. Подается вперед, чуть наклоняется, начиная извлекать из бара бутылки, чтобы добраться до нужной. Обхватывает мой заказ.

Я подступаю вплотную. Закрываю глаза. И со всей дури бью его гантелью по голове. Вкладываю в удар максимальную силу. Хотя пальцы нервно вибрируют.

Выпускаю тяжесть. Практически сразу. Отскакиваю назад. Боюсь смотреть, только усилием воли заставляю себя разлепить веки и предстать перед истиной. Продолжаю подрагивать.

Мой противник застывает. Кажется, секунда – и обернется.

Бросится на меня, обрушит злобу и ярость, на куски порвет. Не просто изнасилует, а убьет. До смерти забьет. Но он падает. Валится на пол.

Нокаут?

Боже. Зажимаю рот ладонями, чтобы не заорать. Как же мне повезло. Отключился. С первого удара сработало.

Я вырубила его.

Господи. А что, если? Что, если… он мертв?

Надо пульс проверить. Стоп. Вдруг гад притворяется? Коснусь его – сам схватит. И тогда точно конец.

Черт.

Черт, черт, черт.