Любимая пешка короля (СИ)

Никто не остался обиженным, а значит, я на какое-то время не представляю угрозы ни для кого из них. Победители чаще благосклонны к слабым, чем те, кто не уверен в своих силах.

– Так интересно. Я обратила внимание на фрески, которые были в зале, где мы с вами столкнулись,  – заметила я. – Они будто про нас, – скромно закончила я.

Можно, я рядом с такими звездами постою, погреюсь?

– А что там было? – оживился Лотер, обращаясь к Лармскому.

– Какая-нибудь ерунда про Заколдованный лес. Зал же Лесной, – фыркнул Тибо.

– Такая большая, а в сказки веришь! – совсем по-земному ответил он мне.

– Я не только в них не верю, я их даже не знаю! – открестилась я.

– В какой дремучей дыре ты росла? – презрительно процедил желтый, полыхая молнийками. Видимо, пытался проверить мои слова магически.

– Далеко отсюда, – призналась я.

– Ты всё-таки из Шугельштадта! – с интонацией «Бинго!» воскликнул мой собеседник.

– Я не могу сказать, откуда. Его Величество будут недовольны. А там: подземелье, цепи, розги… – совсем не соврала я.

– Ну, представляете, да?"

"Лотер с угрюмым видом покивал. Тибо отстал от меня, используя тайм-аут на перегруппировку внутренних сил. Ни тот, ни другой не восприняли мои слова всерьез.

Интересно, как они тогда объясняют себе наш чудесный перенос из дворца в лес?

…Идти по лесу без тропинок и дорог – так себе удовольствие.  А когда идешь непонятно куда в компании перегавкивающихся вельмож – вообще удовольствие ни себе ни людям. А ведь всё началось с моего безобидного вопроса: «Куда мы идем?».

Я же думала, тай Тибо осознанно задает какие-то параметры. Вроде: «Столица Ледении, Королевский дворец, избегая дорог с грунтовым покрытием». Но, оказывается, с этой магией всё совсем непросто. Маячок показывает, как лучше всего добраться до дома. Например, может вывести на берег моря: типа, садись себе на корабль и плыви. Ждет там судно, не ждет, маячок не волнует. Привел? Привел. Дальше – не его проблема.

Малиновый герцог, хоть и был лишен магии, но кое-что о ней знал.

И последние полчаса выносил нам мозг, предлагая возможные варианты «лучшего пути», его продолжительности и оценивая интеллектуальные способности нашего «Сусанина». Мне и самой хотелось заткнуть ему чем-нибудь рот, когда доведенный до белого каления Лармский процедил сквозь зубы: «Да чтоб ты провалился!».

Я сначала почувствовала ногами вибрацию от падения чего-то увесистого: «Бум-м-м!». А потом обернулась.