Час возмездия, час тот самый, когда он излечится от чувства вины, когда окончательно поймет, что ОНА из себя представляет. Когда все его мысли о ней станут лишь похотью без восхищения. Там есть тайна. Нечто грязное и постыдное, раз его, Михаила, вот так сдернули с места. Нечто интересное и несомненно гадское. Ей подходит. Да, ей подходит участвовать в чем-то гадском, а он…он жалкий идиот. Надо было ее вые**ть. Как других. Рот накрыл, к стенке придавил и оттрахал. Им всем так нравится. Можно еще за клитор подергать, чтоб кончила.
И тогда уже не насилие. Ей бы он даже отлизал. Как Ксении. С ней научился языком работать, даже понравилось. Только ее запах переносил. И теперь точно знал, что и запах Марины ему бы понравился. Она иногда оставляла грязные трусики в стиральной корзине. А он их нюхал и дрочил в ванной. По-быстрому. Минуты за две спускал прямо в унитаз с ее трусами во рту. И за это теперь ненавидел ее втройне. Мечтал жениться, а она…никогда и никто не делал ему настолько больно.
- Боитесь, Михаил? Успокойтесь.
Никто вам здесь не причинит зла.
Нет, Михаил не боялся ЭТОГО человека. Ему уже давно не было страшно, и так же давно он понимал, что хотели бы убить - сделали бы это сразу, а если куда-то везут, то кому-то от него что-то надо. И пока он не получит вот это самое, Мишку никто не тронет. Но масштабы происходящего до него пока не дошли. Предчувствие было, а вот понимания-узнавания еще нет. Но оно придет, как и страх. Не боятся только идиоты. Идиотом Миша не был никогда. Разве что только в отношении Марины.
Безвольная тряпка.
Ехали долго. Сделал вывод, что за город. Машина свернула с дороги, судя по всему, в коттеджный поселок, выстроенный недавно недалеко от их захолустья. У мажоров мода такая - выстраивать хоромы возле маленьких городов. Типа загазованность меньше и природа красивее, а соседи все тупые, не сунутся, потому что безденежный априори идиот. А то, что все эти расфуфыренные считают, что Пушкин – это отец ведущей Пушкиной, а Ленин - папа Лены Лениной, то это сущая херня.
И войну выиграла Америка. И геноцида еврейского народа не было. Да и кто такие Гитлер и Сталин, хер его знает. Чуваки какие-то, как сказал один мажочик и занюхал полосочку кокса прямо у него в кабинете, до этого отшуршав Мише солидной и увесистой пачкой зеленых. Зато бабло есть. Зато пыль в глаза можно пустить.
Машина несколько раз сворачивала, как по серпантину. Поднялись на холм. Здесь недавно отстроили великолепный особняк из белого мрамора.
