Если он притронется ко мне, я умру. Если попытается изнасиловать у меня просто откажет мозг и я стану ненормальной. Я наложу на себя руки! Как я буду жить с этим дальше?
Ублюдок схватил меня за волосы, развернул спиной к себе. Я успела впиться ему в лицо, в шею, в волосы и разодрать их. Но град ударов сыпался на меня. Я ползла вперед, но он придавил меня к полу, схватил за горло и потянул к себе. Еще немного и он меня задушит. Протянул по паркету, вдавил в него головой, задирая на мне юбку, раздвигая ноги коленом.
А потом вдруг зверски заорал, дернулся и тяжесть его тела куда-то исчезла.
Тяжело дыша, я пыталась встать с пола, взгляд на Льдинку – он спит. Боже спит!
Ноги Миши стучат по ступеням, и кто-то тащит его наверх. Он орет. Он отчаянно дико орет, а потом его крик переходит в хрип. Я не решаюсь идти следом. Мне страшно и мой сын останется совершенно один.
Я не знаю кто это… и, наверное, я не хочу знать. Меня всю трясет после пережитого ужаса, после понимания что только могло произойти и…чудом не произошло.
Не знаю, кто мне помог и зачем, но он появился очень вовремя.
Потом я с Льдинкой поднялась осторожно наверх. Медленно ступая по ступеням, всхлипывая после пережитого ужаса и ощущая, как дрожит все мое тело. В доме пусто и нигде никого нет. Как будто и не было. Я с сыном обошла все комнаты, сжимая нож в дрожащей руке. Только дверь в коридоре хлопает от сквозняка. Осторожно закрыла и защелкнула на замок. Выдохнула и опустила руку с ножом. Мне до невыносимости страшно. Меня всю трясет и, кажется, я сейчас сойду с ума от этого ужаса.
Когда вернулась Лариса Николавевна я вся дрожала и не отпускала спящего сына с рук.
- Марина! О Господи! Что с тобой?! У тебя лицо… у тебя губы в крови и синяки. Маринааа!
- Он…он приходил. Михаил. Он…он бил меня, стягивал одежду, угрожал убить Льдинку если я его ему…Он меня хотел изнасиловать…
- Моя девочка! Господи какой ужас! Моя маленькая! Ты как? Он тебя тронул? Где он?
- Н…незнаю.
У самой зуб на зуб не попадает, меня трясет всю.
- Его кто-то вытянул из подвала и… и он исчез.
Просто испарился. Только дверь открытая осталась.
- О! Значит… значит приглядывают за тобой, Марин. Приглядывают и раньше приглядывали. Некому больше. Ментенок допрыгался его уволили и я тоже делу ход дала. Там указывается вагон целый за что посадить его можно. Вот и обозлился, и пришел к тебе. Как я ему верила? Как могла думать, что он не виноват? Все мозги мне запудрил. Сволочь! А тебя спасли…это ОН я точно знаю. Уверена.
