Не волнуйтесь.
- Я и не волнуюсь. Я знаю, что это ОН.
Мне бы ее уверенность, но сердце бешено колотится и дергается прямо в горле.
Меня ведут в соседнюю машину, я пару раз подвернула ногу и меня вежливо удержали. Ехали мы достаточно долго, когда увидала куда машина свернула самой страшно стало. Едем к какой-то усадьбе с белой крышей, многоэтажной с огромным забором. Вокруг ели пушистые. У усадьбы много машин.
Мне помогли выйти, завели с черного хода в здание, провели в какую-то комнату, где меня ждали две женщины.
- Ооо, а вот и невеста. Мы заждались!
- Какая невеста? – переспросила, содрогаясь от неожиданности.
- Я парикмахер и визажист. Это наша модельер – Светлана. Она вас оденет и если что подгонит платье прямо здесь и сейчас."
"Наверное я была в каком-то дичайшем ступоре, в каком-то невероятном состоянии полного зависания мозгов и всего тела. Меня одевали, расчесывали, наносили макияж.
Потом вывели под руки к зеркалу. Оттуда на меня смотрела бледная, совершенно несчастливая невеста с красивым кукольным лицом, с огромными длинными ресницами, розовыми губами и стразами в волосах, накрученных длинными волнами.
В локонах венок из дорогих камней и золота, и сзади развевается длинная фата.
- Невероятная красавица. С ума сойти. Хоть на подиум.
- Обалдеть.
- Я проведу вас.
Светлана взяла меня за руку и вывела по длинным коридорам в просторный зал, где оказалось много гостей, играла свадебная музыка. Где-то посередине стоит алтарь из высоких плетенных веток, с голубями по бокам. И все это напоминает чудовищный фарс.
Перед алтарем знакомая фигура в белом костюме. Я вижу его со спины, он возвышается там как самый настоящий Айсберг.
Медленно поворачивается ко мне, он улыбается, идет навстречу, протягивает ко мне руку, но я одергиваю свою. Отрицательно качая головой, подхватывая платье я бегу прочь.
Потому что НЕТ! Потому что я не кукла, не вещь! Потому что за меня вот так нельзя все решить и поймав на улице притащить под венец потому что ОН так решил.
И я не чувствуя холода, бегу по дороге в сторону леса, домов, спотыкаясь в белых туфлях, подворачивая ноги.
- МАРИНААААА! СТОЙ!
Кричит позади меня. Бежит следом я слышу. Обернулась и снова прочь, по щекам текут слезы. Я выдохлась, у меня болит в груди, у меня саднит в горле. И мне до сумасшествия обидно и хочется выть.
Где-то у тонкой тропинки, ведущей в деревню догнал, схватил за плечи, развернул к себе.
- ПОЧЕМУ?
Орет мне в лицо, дрожит весь, искажен от какой-то неестественной гримасы боли.
