Глава 14
На улице я немного пришла в себя, глотнув холодного воздуха и сбросив дурман этого ужасного места. Глеб остановился, аккуратно поставил меня на ноги, провел ладонями по телу, так и оставив их на талии. Я посмотрела на красные пятна на платье, затем в его жадные глаза, все еще затуманенные то ли недавней дракой, то ли общим настроением ночного клуба с его развратом.
Выдохнула, помотала головой. Отступила, высвобождаясь.
— Спасибо вам…
Ну а что я могла еще сказать? Только поблагодарить, что вытащил меня из этого ада, спас.
— Ты… Ты какого хера… Ты чего здесь забыла, Татьяна Викторовна?
Прохрипел он, делая шаг вперед, словно опять хотел сграбастать в свои лапы.
— Я… Я просто… — растерялась я, отступая на тот же шаг, — День учителя…
Он секунду смотрел на меня, осмысливая сказанное, а потом рассмеялся, громко и хрипло:
— Нормально у нас учителя профессиональный праздник отмечают! В ""Голодной утке""!
— В чем? — не поняла я.
— Ты не в курсе что ли? Куда пришла, не в курсе?
— Нет… Меня коллега привела…
— А твой мужик?
— Он уехал на неделю…
— А ты, значит, сразу в отрыв, — прищурился он, опять делая шаг ко мне.
Я синхронно с ним отшагнула и уперлась в преграду. Твердую, живую и огромную.
И, даже не оборачиваясь, по одному только терпому дурманящему аромату, поняла, что сзади стоит Давид Дзагоев.
Моя способность притягивать неприятности сработала на всю катушку.
Тяжелые ладони легли на плечи, ощутимо придавливая к асфальту.
Да уж, мои студенты не церемонились. И никаких дистанций не собирались соблюдать.
— Какого… Она здесь делает?
Раздалось над головой низкое страшное рычание, пальцы сжались сильнее.
— Да прикинь, День учителя отмечает! — улыбнулся Глеб. Практически весело. Так, что в дрожь бросило.
— Весело, че, — согласился Давид, ладони дернулись, притягивая меня спиной к крепкой груди. Я опять не удержалась, проклиная высокие каблуки и слегка заваливаясь назад. Хорошо, что падать было некуда. Уперлась затылком в твердые мышцы, непроизвольно вдохнула пряный, с восточными нотками, аромат, задергалась, как птичка в силках, на инстинктах пытаясь вырваться и обрести самостоятельность.
— Вот и я говорю, хорошее место. Она уже и мужика там себе нашла. Хорошего такого, ласкового. — Глеб, продолжая скалиться, весело подмигнул мне.
Я вспыхнула еще больше, рассердилась, опять дернулась, безрезультатно, само собой, и открыла рот, чтоб выразить свое недовольство.
Но большая ладонь внезапно сползла с моего плеча и легла на шею.
