Любимый деспот

Не стоит ему сейчас оставаться одному, – задумчиво протянул Осман, помогая мне убрать со стола.

– Надо же, да вы растете, господин Хуссейн! – удивленно протянула я.

Ведь муж до сих пор умудрялся ревновать к нашей тесной дружбе с Глебом. И то, что он сегодня даже не позвонил за то время, что я провела с Глебом, было прорывом.

– Я учусь сдерживать свои порывы, – прошептал он, оттесняя меня к стойке и сладко целуя.

– От тебя не пахнет алкоголем, – разорвав поцелуй, прошептала я.

– Заменил виски яблочным соком, – ухмыльнулся он.

– Надеюсь, Глеб этого не заметил, – покачала я головой.

– Не волнуйся, ему было не до этого, – вздохнул Осман, позволяя мне отстраниться.

– Что ты обо всем этом думаешь? – спросила я с любопытством, начиная загружать посудомоечную машинку.

У нашей горничной был сегодня выходной, так что убираться после ужина приходилось самим.

– Честно? Не стоило ему морочить девке голову. Раз не собирался жениться, надо было обозначить это еще в начале отношений.

– Вот как? – скептически выгнула я бровь. – А не напомнить ли тебе, мой дорогой муж, что ты поступил в точности как Глеб, когда начал наши отношения? Ты ведь тоже был уверен, что у нас нет будущего! – обличила я его. – Фи, Осман! Двойные стандарты!

​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​​– Это другое…

– Да неужели? Просто, когда это касалось тебя, всё было нормально…

– У меня не было… – начал он, но вдруг замолчал.

– Не будем, – согласилась я, закидывая капсулу и запуская мытье посуды. – Просто я так расстроилась. Маря могла бы позвонить мне. Посоветоваться, мы же не чужие люди!

– Возможно, она просто боялась, что ты будешь на стороне Глеба, – обнимая меня и прижимаясь ко мне со спины, прошептал муж.

– Может, ты и прав. Я просто надеюсь, что они найдут способ это уладить. И будут счастливы.

Десять лет спустя

– Ксюша, с меня достаточно! – прорычал Осман, стоило мне выйти из ванной. – Или ты сегодня же идешь к врачу, или я веду тебя к нему насильно! Тебя третий день выворачивает!

Муж стоял в одних пижамных штанах посреди нашей спальни и эмоционально размахивал руками, пытаясь повлиять на меня.

– Господи, Осман, я просто отравилась, – заползая на кровать, простонала я. – Ты же знаешь, как я ненавижу больницы.