Мда…забавно жизнь складывается, однако.
Улыбаюсь слегка, а потом снимаю футболку. Нет, не могу не окунуться. Такая еще дебильная мысль в голове: я захожу в воду, и все еще где-то внутри меня тот подросток есть, а когда выныриваю — как водой смыло. Так просто не смыть всех моих грехов, и я это понимаю, но улыбаюсь — хорошее начало. Говорят ведь, что признание своих грехов — это половина решения проблемы. Надеюсь, что это так.
А на берегу растут красивые, крупные ромашки…А чем черт не шутит? Не для себя бонусов зарабатываю, пока их собираю, как придурок, для того, чтобы она улыбнулась.
Улыбнется, знаю.
Так и выходит…
Когда я пью кофе и слышу, как на втором этаже открывается дверь, напрягаюсь. Свой «букет» я оставил в небольшой банке прямо перед их комнатой, а сейчас ничего не происходит. Не ожидала? Знаю, малыш. Знаю. Я не романтичный, это мне помогли…
- Что это? - тихо спрашивает, когда спускается по лестнице.
Примечательно, щечки горят, глаза тоже. Я бросаю на нее взгляд, жму плечами и отворачиваюсь, чтобы не смущать и не пугать.
- Решил, что тебе понравится."
"- В этом не было необходимости.
- Знаю, мне просто захотелось.
Сам подглядываю за ней через отражение в зеркальной поверхности кухонной гарнитуры. Алиса стоит за мной, на цветы смотрит восторженно, улыбается — я тоже. А потом мы сталкиваемся взглядами, и я сразу прячусь за кружкой. Она же подходит и ставит цветы на стол.
- Мне они не нужны.
- Пусть тогда тут стоят. Я просто подумал, вдруг захочешь украсить комнату?
Резко поворачивается.
Явно хочет что-то сказать, но не находится? Точно. Краснеет-то еще больше, рот захлопывает и отворачивается. Спорю на что угодно — продолжает улыбаться.
Ты всегда любила цветы. Любые при том, если честно. И я это помню, малыш.
- Давид еще спит?
- Ага. Но он проснется скоро. Будешь яичницу?
- Да. Если несложно.
- Несложно.
Разговор — максимально неловкий и угловатый. Алиса это сама понимает, поэтому откашливается и уводит тему в другую сторону.
- А ты с нами пойдешь?
- Да.
Посижу немного, но потом вернусь. Мне нужно поработать.
- А. Ну…да. Ясно.
Снова замолкаем. Если честно — я наслаждаюсь. Алисе дико неловко, она смущается, настырно не поворачивается, а я налюбоваться не могу. Такая она красивая все-таки…И как же мне хочется ее обнять. Просто обнять, черт возьми.
БДЫЩ!
Резко оба оборачиваемся на лестницу, я уже подрываюсь — это же явно Давид, что-то случилось! Но Алиса мягко останавливает меня, взяв за запястье и мотает головой.
