Он уводит взгляд в сторону, на меня, а я непроизвольно подаюсь вперед и заслоняю собой свою семью. Глупо как-то выходит, и теперь уже он усмехается и кивает пару раз.
- Понятно. Ну…рассказывай еще раз и более подробно. Кто. Что. Зачем. И без утаек.
- Мне бы тоже хотелось послушать.
Да Алиса, твою мать! Я почти вою, но сдерживаю себя, она ведь подходит. Смотрит на меня требовательно, я на нее тоже.
- Мы поговорим наедине.
- Черта с два.
- Мама! Гадость!
- Давид, иди в дом.
- Но как же? Мне тоже интересно!
- Давид!
- Ну вот как обычно… - ругается сын, но идет в сторону ступенек, - Все самое прикольное без меня…
- Уложу его спать и спущусь.
Я спущусь, Олег, - перебивает меня твердо и с акцентом, потом щурится, - Точка.
Алана это веселит. Он спокойно отвечает на ее гневный взгляд, и я вижу, как хочет проводить до дома, но сдерживается. В их культуре смотреть на женщину хозяина дома, тем более того, кого ты уважаешь — запрещено. Я ценю это, но все равно предупреждаю.
- Даже не вздумай…
- Остынь, - вздыхает и смотрит на меня, - Красивая, но чужая.
Я рамки знаю. Тем более, не нравлюсь я ей.
- Все равно.
- Серьезно не нравлюсь. Такое чувствуется сразу. Если женщина занята, она закрыта, а у твоей есть уже мужчина, который зря не рассказал мне все сразу.
Это меня радует. Я такими способностями чувствовать женщин не обладаю. По правде говоря, если бы они сами ко мне не подходили, вечно ходить мне в девственниках. Не умею с ними общаться, говорю не то, что они хотят, а романтика? Нет, не мое.
Я этого всего не умею.
- Обошлись бы без неловких сцен.
- Прости.
- Да ладно, понимаю. Охраняешь, - киваю в ответ, он пару мгновений медлит, потом смотрит в сторону дома, - То есть у тебя есть сын…похож на тебя.
- На нее больше.
- По характеру определенно. Ты слишком молчаливый и спокойный. Он тот еще живчик. Поздравляю.
- Только узнал.
- Скрывала?
- Ага.
- И ты ее не убил? Черт, - усмехается, - Реально любишь. Хотя…если ты готов просрать столько денег — это очевидно.
- Она не должна знать.
- О чем?
- О цене. Ни слова.
- Почему?
- Это мое решение и моя плата. Моя, понимаешь? Не хочу, чтобы на нее это ложилось.
- Ты подвиг совершаешь, а собираешься о нем смолчать? Не глупо ли?
- Нет.
- Это же та самая Алиса, я прав? Бывшая жена? - молчу, он достает сигарету, но прежде чем зажечь, спрашивает разрешения — киваю и прошу одну себе.
Теперь молчим оба у его машины. Да, мы действительно сблизились с Аланом настолько, что я рассказал об Алисе.
